Наталья Тоток

Жизнь коротка, как северное лето,
и тем ценнее каждый день и час.
Давайте строить Храм Добра и Света,
любви и человечности учась.

Однажды я и друг мой Вовка
взялись лепить снеговика:
чуб — из мочала, нос-морковка,
и ветки-руки по бокам.
Ведро на голову наделось
в мороз такому молодцу.
Вставная дедушкина челюсть
весьма пришлась ему к лицу,
(стоял с улыбчивой гримасой
забавный снежный зубоскал),
а дома дедушка напрасно
потом везде её искал.

Ночное небо втиснуто в проём
окна, не занавешенного шторой.
Проводим ночь с бессонницей вдвоём,
она решила взять меня измором.
Давай с тобою, Бог, поговорим,
не вороша, отправим на растопку
моих прожИтых лет календари,
что в памяти лежат высокой стопкой.
В них было всё:
и радость новых встреч,
и счастье, и печаль, и боль разлуки,
любовь и нежность, и обид картечь,
потеря близких, скорбь и бремя скуки.
Всё это скрылось где-то позади.
… показать весь текст …

Истории плетётся полотно
без устали, и днями, и ночами,
где счастье светлой ниточкой одной
мелькает в складках скорби и печали.

Купив путёвку на турбазу,
на лишний вес пошла войной!
Сижу на двух диетах сразу
(не наедаюсь на одной).

.
«Мы были просто идеальной парой!
Нам расставаться не было причин!
И он всегда гордился мной недаром,
ведь я — мечта любого из мужчин!

Ах, ветер перемен — судьбы диспетчер!
Как много вдруг припомнилось сейчас:
меня хотел он с самой первой встречи,
и не сводил с меня влюблённых глаз.

Теперь — одна! А в чём я виновата?
Что он, других оставив не у дел,
потратив на меня свою зарплату,
… показать весь текст …

Год и суть его змеиная —
астрология голимая,
метки года двадцать пятого
мне понятнее понятного.

Всё, что надо знать, товарищи:
стиль одежды — облегающий,
речь с акцентом на шипящие,
все движения скользящие,
темп — энергосберегающий,
тип объятий — удушающий,
склад ума — аналитический,
взгляд — с прищуром гипнотический,
цвет — травы, причёски — гладкие,
… показать весь текст …

Колышется ветром листок на заборе,
размытые строчки почти не видны:
«Пропала сестрёнка на стыке историй.
Бесследно исчезла ещё до «войны».
Ушла самовольно. Возможно, в Европу
(Европа сказала, что там её нет).
На шее наколка — соцветье укропа.
Всего тридцати от рождения лет.
Была в вышиванке, платок жёлто-синий,
трусы кружевные мечтала купить.
Она из-за них поругалась с Россией
и даже всех русских грозилась убить.
Вернётся в семью, мы надеялись в тайне.
Уж восемь годков, как из дома ушла.
… показать весь текст …