Сергей Федоров

После того, как в зеркало смотрелись мушки, внезапно появились на лице веснушки.

Нечленораздельная речь — бранная речь.
Свалочь — устраивающий кавардак.
Молотчуга — чугунный молоточек.
Смердовольный — повсеместно-пахнущий.
Штилист — пофигист.
Астрагном — родственник Дюймовочки.
Рояльность — верность трёхногому инструменту.
Крупноглистовой — сорт весогонного чая.
Ушибка — граблеконтакт.
Серёжик — сердитый ёжик.

Принимая всё, как есть,
Можно коней двинуть здесь.
Не протянешь на таблетках,
Если кушать станешь редко.

Если метла летит, то уже не важно, что случается с ней раз в сто лет…

Когда от плюса забирается минус, остается восклицательный знак… это и эмоция… и еще один минус…

Падающее на ежика яблоко еще не подозревает, какие приключения их ждут…

Я не могу в ответ вам тоже sрaть,
Имея вескую на то причину,
А чтоб могли вы гадости сдержать,
Используйте всегда одну перчину.

Чтоб обезьянничать и попугаем быть,
На дурака всё сразу не осилишь.
Всегда с душой к сему ты должен подходить,
Иначе будет видно, что фальшивишь.

Сдаётся, перец вам не помогает,
Душа по-прежнему неистово смердит.
Своё добро назад пусть забирает
И в холодильнике всегда его хранит.

Наверно поздно уши драть, если за них не оторвать.

О, не гневись, почтенная гаргулья!
Не Александр он, да и не твой герой,
Чтобы ломать комедию, как стулья,
И уповаю… ты обретёшь покой.

При отсутствии слаженности — присутствуют одни сложности.

Слово выбрало нас, чтоб хранить свой запас.

Бывает и не так уж плохо,
Чем представляем мы себе.
Есть слёзы и у скомороха,
Но он с улыбкой и в беде.

Жизнь взором не измеришь,
Мост бродом не заменишь…

Боитесь умереть со смеху — смейтесь умеренно

В моей тишине один звук — сердце матери…

Завяжу на сердечке бантики
И голубке в букет положу…
Пусть летит аромат романтики,
Ещё нежность к нему приложу…

Поэт — это художник пишущий с натуры, но только не кистью, а стихами, когда ему позирует прекрасная Муза…

Мне жаль тех мух, которые жужжали,
Но так и не сказали людям вслух,
Чтобы они им меньше подражали,
Не превращались в говорящих мух.