Игорь Иванов

Встречаясь с Ивановыми иными,
Конечно, вспоминала про меня,
Но, занята заботами дневными,
Легко воспоминание гоня,

Довольно скоро перезагружалась.
Шли годы. Вдруг заметила она,
Что Ивановых вовсе не осталось,
Ни старика тебе, ни пацана.

Надежду окончательно теряя,
Услышала однажды, подошла,
Спросила, до конца не доверяя:
Ты Иванов? Тебя-то и ждала,
… показать весь текст …

Вот человек проходит мимо.
Я говорю ему: «Постой,
Quo vadis, если не секрет,
Да и откуда, любопытно?»
Он отвечает: «Не секрет,
Иду я, скажем, ниоткуда,
Иду я, точно, никуда:
Вот за углом возник внезапно,
Вот за углом исчезну вдруг.
Такая миссия, товарищ,
Такая функция моя».
Его речам не доверяя,
Я с ним прошёлся до угла:
Шагнул — и верно — растворился,
… показать весь текст …

Больной И.И., страдающий синдромом Капгра (симптом отрицательного двойника) был убеждён в том, что его жену Варвару заменил двойник, биомеханическая кукла, стремящая извести И.И. сексуальной холодностью.

Убеждения родственников и лечащих врачей в том, что у него нет никакой жены, не возымели успеха. Тогда было решено провести терапию методом тотального расширения пространства бреда. И.И. было сообщено, что вообще все люди на планете Земля — это двойники куда-то подевавшихся оригиналов.

Налицо явная ремиссия. И.И. весел и ироничен, и даже посещение его в больнице Варварою он воспринял вполне благожелательно.

Врачам остаётся лишь сокрушаться, что ради излечения одного больного им пришлось разгласить крайне секретную служебную информацию.

Фёдор Гирёнок (Археография наивности) своим штилем излагает антропологические идеи Канта: «Конечно, мы, европейцы, странные люди. Мы полагаем, что видимость добра гораздо лучше отсутствия добра, а видимость человека гораздо лучше его отсутствия. Почему? Потому что от видимости добра может родиться добро. А видимость человека может породить человека».
«Странные люди» и довели эту идею до того состояния, в котором нынче пребывает Европа и Россия, — когда под ногами не осталось почвы, есть только её видимость. Хорошо тем невесомым видимостям человека, которым эта почва и не нужна вовсе. Они творят видимость добра и тем вполне утешены.
Беда тем, кто не хочет становиться видимостью.

Если ты угадаешь вот в этом облаке образ злого дракона,
Я угадаю вон в том облаке образ Георгия Победоносца со знаменитой иконы.
Юрий-Георгий того укротит и станет по небу выгуливать на поводке,
Станет добрым дракон и послушным хозяйской руке.

Если ты угадаешь вот в этом облаке чорта с рогами,
Я обложу этого чорта особыми облаками,
Что целиком состоят из святой воды,
И не останется от нечистого ни рогов, ни копыт, ни бороды.

Если ты угадаешь вот в этом облаке смерть неминучую,
Я придумаю, чтобы облако обернулось электрической тучею.
Не соблюдая техники безопасности, смерть обязательно схватится
За что-нибудь оголённое, и силы её хотя бы на время утратятся.
… показать весь текст …

Вот вопрос: может ли быть знаменитым стихотворение Бориса Пастернака «Быть знаменитым некрасиво»? И может ли сам Пастернак быть знаменитым благодаря этому стихотворению?

Ведь, по сути дела, это своеобразный манифест самоуглубления и самоотстранения, это довольно сложный микс квиетизма и эскапизма, это гимн служению и самоотдаче?

Как подобное стихотворение может перепечатываться десятками тысяч тех же пользователей соцсетей? Зачем они это делают? Популяризируя самотстранение и молчаливое служение, что ли? Так они же сами тому не следуют, ревниво следя за числом «лайков» после публикации текста поэта, к которому они не имеют никакого отношения?

Странен этот мир. Популярные отшельники, знаменитые тайноведы, нобелевские лауреаты, осуждающие известность.

Сон прервался криком за окном.
Я вскочил, ещё захвачен сном,
Поспешил к рассветному окну:
Ни души единой. Ну и ну.

Снова лёг. И снова этот крик.
Кто же там, безвиден и безлик,
В час, когда мещанство мирно спит,
За окном неистово вопит?

Я открыл окно и заорал:
Ну-ка, неуёмный аморал,
Уж не знаю, мёртвый иль живой,
Прекратить сейчас же этот вой!
… показать весь текст …

Не хватает чего-то в воздухе.
Объяснил бы, да не мастак.
Речь идёт о ничтожном штрихе —
Вроде дышится, но не так.

В голове бестолково бродит
И бормочет без затихания:
Что за жизнь с эти вечным «вроде»,
Что за радость от как бы дыхания?

Ах, товарищ, не горячись
Ни к чему суета и волнение.
Ты ж ведь крякнешь, с тобой приключись
Кислородное опьянение.
… показать весь текст …