Евгений Чепурных-Самара

Найди мой срок в узоре позднем
и счастья линию мою,
и перекинь ее гипнозом
с моей ладони на свою.

Возьми, и ты мне станешь ближе
на волосок (пусть не любя).
Я все равно ее не вижу.
И не увижу
без тебя.

черепаха,
как лошадь,
спит, стоя.
и считает, что я шалопай.
она ходит и ходит за мною:
— ай-ай-ай — говорит —
ай-ай-ай…

тапком трогаю чудище это
и вздыхаю, как пес на цепи:
— не ворчи — говорю ей — Джульетта —
не нервируй мужчину.
терпи

Сердца стук однообразен
в тишине полуслепой.
Это старый узел связи
с жизнью, Богом и тобой.
Стук да стук, как сумасшедший,
хоть ты смейся, хоть ты плачь.
Слышишь, как он громко шепчет,
этот маленький стукач?
Слышишь, как он бьет тревогу,
как сигналит в тишине,
что вчера молился Богу
о тебе и обо мне.
Стук да стук (хоть и не вечен,
хоть и вскормлен на крови) —
… показать весь текст …

когда преобладают только черные полосы,
а на белые полосы строгий лимит.
когда шевелятся мысли (и даже волосы),
и рваное биополе вокруг головы штормит.

когда провалились в дырочку деньги и статус,
и снятся дохлые рыбы и сломанные кресты.

вот тогда-то самое время полить этот чертов кактус

и, как ребенок, расплакаться
от собственной доброты