Евгений Чепурных-Самара

вечер в сумерках шлялся,
томный, как сердцеед.
на дороге валялся
позабытый поэт.

плыли ямы-ухабы,
сушь пылила, треща.
спотыкалися бабы,
коромысла таща.

чертыхались коровы
(и пастух Гавриил):
— не такой уж здоровый,
а путя перекрыл.
… показать весь текст …

вдруг как-то глухо, неоправданно,
из старости, издалека
жалеешь Соню Мармеладову
и Родиона дурака.

жалеешь душу в теле хрупком,
барыг, похожих на клопов,
и всех бандюг и недоумков,
и пьяных стареньких попов.

и эти темные аллеи,
текущие под облака.

пусть и они меня жалеют
… показать весь текст …

явление ненужности…

явление ненужности внезапно и грустно, как полУночный вокзал. как будто мне назначено на завтра, а я уже сегодня прискакал. не мне вручают карту и билеты, не для меня уборщица метет. не для меня работают буфеты и гитарист вполголоса поет. не для меня журнал «Губернский вестник», ленивых женских взглядов колдовство. точь-в-точь, как в той казацкой горькой песне (ну, помните, где все — не для него). зачеркнутые фатумом изгои в полях и залах сумрачной страны… все крутится без нас, само собою. пошли, казак, мы тута не нужны. застрял в сибирях поезд наш безвестный в ноль-ноль часов и столько же минут.
пойдем,
я провожу тебя до песни…
и, может быть, вернусь (коль позовут)

Планида вошла в колею,
окончившись легким запоем.
Любовь завершилась в ничью,
и это понятно обоим.
Присядем. В глаза поглядим
с теплинкою полузабытой.
Друг дружку уже не съедим
(что делать, коль нет аппетита).
И месяц всплывет, как статист
в чужой мелодраме старинной.
Ты скажешь мне ласково:
— Тс-с…
Побудь молчаливым мужчиной.
И темных морей берега
… показать весь текст …

отгромыхали пересверки,
отшелестел бурьян судьбы,
эмансипатки, пионерки,
поэты, клоуны, жлобы.

отволновал волшебный опус,
любовь ушла на бюллетень,
синичка-дочка смылась в отпуск
(к тому ж замучила мигрень).

но жизнь (как золушка-неряха)
возводит томно очи вверх,
шепча с надеждою и страхом:
— скажи, что я милее всех…

а лягушка сидела
у меня на ладошке
и с сомненьем глядела
в сторону кошки.

и на лапках качалась
и ждала, и скучала.
а потом почесалась,
а потом задремала.

и, нырнув под ступеньку,
пропищала с коварством:
— не царевна я, Женька.
не надейся на царство.
… показать весь текст …

… и выпали из рук все адреса,
как старые советские монетки.
и стали вдруг приятней голоса
двух воронят, отпущенных из клетки.

я их кормил. я сдерживал их прыть.
и в страшном сне, наверное, им снился.

и все ж
не научил их говорить.
но сам маленько каркать научился

ветер, спя средь долины ровныя, тихо крутит пластинку стерео.
я животное теплокровное, но задумчивое, как дерево.
я животное бородатое. мне не часто бросают косточку.
я животное полосатое (потому как вся жизнь — в полосочку).
я животное несущественное, как осенняя обесцвеченность.
я животное необщественное (я вообще не люблю общественность).
коль не масть бы моя (теплокровная), да не голос (весь перештопанный),
спал бы я средь долины ровныя, будто ветер, в боях потрепанный.
знают птахи лишь перелетные беззащитность мою овечью.
я мечтательное животное…
жаль, судьбу нашел человечью

вообще-то я довольно крепкий мужик

у меня есть три кошки и один кактус

у меня есть два неба
(из них одно — в речке)

у меня есть одно-единственное старенькое и ворчливое сердце
(которое крутит-вертит мной, как хочет)

и у меня есть половина меня
(как у всех неизлечимо влюбленных)

но я
… показать весь текст …

когда-нибудь в случайной призме
мир снова будет преломлен
и напоён дыханьем жизни,
и ею же обожествлен.

фонтана дождь слепой и редкий,
далекий смех из шапито.
давайте, бросим по монетке,
чтоб их забрать лет через сто.

не зря же, будто идол-призрак,
на дне фонтана (чуть в грязи)
из плитки выложена призма
с огромным глазом посреди.
… показать весь текст …