Не гасила огни,
Согревала в ночи…
Но — давно не одни,
Никуда нам не деться:
Как-нибудь уж прими —
Я сменила ключи.
Нет, не те, что к двери,
А другие, что к сердцу.

Я никем не хотела бы быть с тобой,
мне не нужен ни брак, ни ад.
Ты в глазах других все равно герой,
для меня ты — шажок назад.

Помню, хвастал ты, что и щедр, и крут,
и что горы готов свернуть —
вот твой шанс, дружок, отчего ж ты тут?
Собирайся скорее в путь!

Не забудь забрать килограмм носков,
постираешь их, кстати, сам,
говорил же ты — мол, ко всему готов,
отчего ж уступать носкам?
… показать весь текст …

Красть любовь, и сгорать дотла,
выстилая пожары пеплом,
накрывая красное — белым,
черной скатертью — зеркала.

Завернувшись в подклад души,
метить тел очертания мелом,
возвращаться назад несмело,
и шептать:
— Только… ты… дыши…

Мы снова будем с Вами тет-а-тет
Читать стихи под неразбавленное виски
И оставлять нетронутым фуршет,
И понимать, что ночь совсем уж близко.
И две звезды, как тысячи других,
Появятся на тёмном небосклоне.
Но два луча — два странника ночных
Опустятся в раскрытые ладони.
Фуршет и виски вовсе не при чём —
Легко заменим на лимоны с чаем.
Смотреть на звёзды так — к плечу плечом
И видеть то, что в суете не замечаем,

Мы снова будем с Вами тет-а-тет…

Укрою ласково, чтоб ты не замерзала,
Тончайшим, эфемерным покрывалом
Из нежных, как пушинки теплых слов,
Тебе, любимая, написанных стихов.

В ночи моя душа, ничем не беспокоя,
Лишь тень на страже твоего покоя,
Чтоб не пришел к тебе, моя отрада,
Печальный сон, которому не рада…

Иногда в темноте, за попыткой суметь уснуть,
Она слишком пытается врать себе, что не помнит,
Как сливались два тела в тиши сочиненных комнат,
Как всего лишь от взгляда его вдруг вздымалась грудь.

Как тепло расходилось по каждой из тонких вен,
Как потело стекло за спиною, и подоконник
Стойко чувствовал жар от горячих ее ладоней,
Когда брал он ее прямо там — разомлевшей — в плен.

Как два тела дрались: к сердцу сердцем, к бедру бедром,
Растворяясь во власти бессвязных речей и стонов,
Ибо было им не до табу и пустых законов,
Ибо крыл все законы бесстыдный, иной закон.
… показать весь текст …