…Такова судьба всех политических уступок: они всегда запаздывают

Кого однажды жестоко ранила судьба, тот навсегда остается ранимым.

…Она достигла того критического возраста, когда женщина
начинает раскаиваться, что всю жизнь была верна мужу,
которого в сущности никогда не любила, и когда пышный закат
ее красоты еще позволяет сделать выбор: быть только матерью
или еще раз — в последний — быть женщиной. Жизненный путь,
который, казалось, давно уже стал бесспорным, в эту минуту
еще раз берется под сомнение, в последний раз магнитная
стрелка воли колеблется между надеждой на страсть и окончательным самоотречением. Она стоит перед решающим
выбором — жить своей личной жизнью или жизнью своих детей,
материнскими или женскими чувствами.
© Стефан Цвейг «Жгучая тайна»

Для того чтобы нанести сердцу сокрушительный удар, судьба не всегда бьет сильно и наотмашь; вывести гибель из ничтожных причин — вот к чему тяготеет ее неукротимое творческое своеволие.
На нашем невнятном человеческом языке мы называем это первое легкое прикосновение поводом и в изумлении сравниваем его невесомость с могучим действием, которое он оказывает впоследствии; но подобно тому как болезнь возникает задолго до того, как она обнаруживается, так и судьба человека начинается не в ту минуту, когда она становится явной и неоспоримой. Она долго таится в глубинах нашего существа, в нашей крови, прежде чем коснется нас извне. Самопознание уже равносильно сопротивлению, и почти всегда оно тщетно.

Подлинное сочувствие — не электрический контакт, его нельзя включить и выключить, когда заблагорассудится, и всякий, кто принимает участие в чужой судьбе, уже не может с полной свободой распоряжаться своею собственной.

Я живу, как могу… Никому не мешаю… за ошибки свои — лишь себя осуждаю… Да и то — не всегда, и не очень глобально… Невозможно прожить свою жизнь идеально !! …Невозможно: не плакать, не лгать, не ругаться, невозможно всегда и для всех улыбаться… Можно просто принять, что даётся судьбою. НО ВСЕГДА И ВО ВСЁМ ОСТАВАТЬСЯ СОБОЮ !