— Ну что ты за мужик? — периодически допекала Хотькина его жена Варвара. — Хоть бы гвоздь, что ли, вбил в доме.
Не выдержал Хотькин, раздобыл где-то большущий гвоздь и здоровенный такой молоток, его еще кувалдой называют.
— Куда? — спросил он у Варвары.
— Чего — куда?
— Куда гвоздь вбить?
— Ну, наверное, вот здесь, — неуверенно показала Варвара. — Да я сюда хоть портрет своей любимой мамы повешу.
— Ладно, — сказал Хотькин. — Ты сама этого хотела.
Он поплевал на ладони, одной рукой приставил гвоздище к стенке, другой размахнулся да как даст кувалдой! Только пыль пошла. А когда она рассеялась, открылась большая дыра в соседскую квартиру. Хотькин заглянул, а там в коротеньком халатике разгуливает симпатичная такая особа. Хотькин ее немного знал. Ее звали Татьяна Витальевна, и она всегда улыбалась Хотькину при встрече.
«Вот бы кому гвоздик забить!» — заботливо и нежно подумал Хотькин.
— Это вы, Юрий? — ничуть не удивившись, спросила Татьяна Витальевна, улыбаясь ему в дырку в стене. — Заходите, не стойте на пороге.
Хотькин как был — с кувалдой и погнутым гвоздем, — так и протиснулся в соседскую квартиру.
— О, да вы с инструментом! — нежно проворковала Татьяна Витальевна. — Какой хозяйственный мужчина.
— Да я это, гвоздь вот решил забить.
— Может, вы и мне гвоздик забьете? — томно попросила соседка.
— Да он у меня погнулся, зараза, — сокрушенно сказал Хотькин. — Боюсь, не получится.
— Где, покажите, — попросила она. И так нежно и ласково провела своим холеным пальчиком по беспомощной кривизне гвоздя, что тот дрогнул, натужился и… выпрямился. Его снова можно было вбивать куда хочешь.
— А ну марш домой! - рявкнула протиснувшаяся наконец вслед за Хотькиным Варавара.
— А кто же мне дыру в стене заделает? — разочарованно спросила Татьяна Витальевна.
— И не надейся даже, зараза! — отрезала Варавара, уволакивая Хотькина на свою сторону. — Сама замурую! А ты, мастер-ломастер, сиди вот на диване перед своим телевизором, и никаких гвоздей!