В детстве я ходила за молоком к бочке. Его привозили рано, как раз успевала до школы. Тёмная улица, освещение в те годы экономили повсеместно, толпа неразговорчивых сонных людей, жёлтая цистерна, с крана которой свисает голубоватая сосуля.
Пока донесёшь бидон, молоко превращается в камень. Не экономили на воде в те годы, от души разводили. Это сейчас есть всё, а тогда на прилавке резвились ёжики -- куски комбижира, утыканные спичками. Советский дизайн и стремление людей к оформительству. Наверняка за это давали премии -- ну, надо было ж за что-то давать. Не за перевыполнение же плана продаж.
В кулинарии всегда было тесто двух видов: пельменное и дрожжевое. Больше ничего не было, чтобы не баловать народ. Тесто отпускала продавец Эля. Так, во всяком случае, гласила татуировка на её руке. Она будто знала заранее, какое тесто сегодня нужно.
-- Сколько тебе? -- И сама себе отвечала: -- Полкило. Бери.
И вручала полиэтиленовый пакет, в который усердно до этого дула.
Сама как тесто, такая же бесформенная гора тела, я очень сильно её боялась. Казалось, посмотришь в глаза, и она тебя съест. Или навалится. Или навалится и съест.
Впрочем, иногда там бывали трубочки с белковым кремом по двадцать две, по-моему, копейки, точно не помню. Их любила.
Но больше всего мне нравилось выбирать школьную форму на новый учебный год. Она была вся одинакова, поэтому процесс не затягивали. Коричневое платье, два фартука -- повседневный чёрный и кружевной белый. Ну, мало ли какой праздник у коммунистов, чтоб было чего, если что. Жаль, форму отменили быстро, и шоппинг стал затяжным. То не нравится, это не так сидит. Бардак, одним словом в страну пришёл.
Завтраки в школе вдруг стали хорошими, куда только девалась пюрешка с подливой? Стакан разведённого Юпи, Сникерс и яблоко в качестве бонуса. Проблема гастритов у детей компенсировалась прекрасным трёхразовым стулом. Но вскоре Юпи заменили на Фанту, и всё нормализовалось.
Хорошее было время.
