— Что ты им говоришь?
— Сыну — говорю, что скоро увидимся снова. Чтобы оттягивал пятки, когда ездит верхом. Жене — тебя не касается.

Нет, мне не уберечь детей моих врагов:
настанет этот час — их проклянут потомки…
Удел их: смирно жить, не гневая богов,
и прятаться от глаз взыскующих в потёмки.

Не мстите им, друзья! Они здесь ни при чём.
Уж лучше — с глаз долой, коль раздражает сходство…
Пусть сменят имена. Пусть выберут сиротство,
Стыдясь своих кровей как связи с палачом.

Мне больше ничего не надобно отныне.
Звучит моя строка над Эльбой и Невой.
И сын мой (я жила — и думала о сыне)
шагает по земле с высокой головой…

Сидят две бабушки.
Одна спрашивает подругу
— Слушай, а ты не помнишь как меня зовут???
Другая долго молчит, размышляя.
Затем вопрос:
— Тебе срочно???:)))

Вышла во двор гулять с сыном… дети вокруг — Афродита, Виолетта, Станислава, Макар, Родион, Деонис, Елисей, Беладонна, Аэлита… И только я одна, как дура, вывела гулять Андрюшу…

— Прикинь, несколько раз чуть не спалился. Жену именем любовницы хотел назвать. Пришлось кошечку завести. Машкой назвал. Теперь с этим всё тип-топ…
— Красава. Так, а чо такой смурной?
— Да, неделю назад жена собаку купила… Ашотом назвала… Вот сижу… думаю…

Алиса.
Моя дочка Алиса жила на этом свете 34 дня. Эта была самая красивая и смелая девочка. Все это время она боролась за право быть с нами, теме кто ее так ждал и любил. Доченька, как нам теперь остаться здесь, когда тебя нет? Сегодня был первый ясный день со времени твоих похорон. Нет, не легче… Просто появилась способность серо и безысходно грустить. Говорят, что самое страшное для меня — тебя пережить. Но страшно не пережить, страшно жить без тебя. Ты просто молодец, боролась до последнего. Врачи сутками сидели около тебя, им спасибо. Но все сложилось так, что мы теперь без тебя. Солнышко ты мое, моя доченька, спасибо что была с нами все эти дни, спасибо, что дарила надежду и боролась, спасибо за счастье быть твоей мамой. Прости нас. Не могу сказать прощай…