Духом полнится душа,
что до храма не дошла,.
оживляя вновь и вновь
надежду, веру и любовь…

Как мало тех, кто хочет вас понять,.
как много тех, кто хочет быть услышан.
Как мало душу кто готов принять
твою, коль ты лицом не вышел.

Нет иного ада, — чем ад в душе,
нет лучшего рая, — чем рай, созданный своими руками.

Гладкость бритой щеки ощутить губами.
Запах тела вдохнуть не из воспоминаний.

Теплота плеча и вибрация голоса…
Запусти мои пальчики в свои волосы.

Твердость в мягкости, как горячий лед.
А в глазах твоих такой сладкий мед…

Не ругай меня за нежность, не кори меня за грусть.
Безмятежность — это роскошь. Ты позволь, — я окунусь.
Гнет к земле волной упругой травы вольные пусть ветер,
И не скошенное море отраженьем солнца светит.

Расшалился, как подросток! Зелень сочная безбрежна!
И волною изумрудной радость прямо в сердце плещет!
Пусть на гребне удержаться могут только мореманы.
Степь, волнуясь, хлебосольно сыплет под ноги тюльпаны.

Не ругай меня за нежность, не кори за перепев.
Наслаждение - не роскошь: по утрам родной напев,
Сны, легко что забирают простыня и одеяло,
И улыбка, что встречает… И секунд так в сутках мало.

Удивительной вуалью
Осыпаются слезинки.
Зимней ночью укрывают
Все дорожки и тропинки.

Ниспадает с неба сказка,
На земле рисуя жизнь.
Улыбаясь, звезды в связке
В кружева в ночи сплелись.

И не шепчутся снежинки.
Пусть безмолвие кругом.
По нехоженым тропинкам
Тишина приходит в дом.