Боль от «удара в спину», не зависит от диаметра и глубины раны. чаще она зависит — в ЧЬЕЙ руке был нож.

Всё-таки жизнь — странная штука: пытаешься быть Человеком, не лицемерить, не обижать, не предавать, не., не… Но в твою сторону летит то, чего ты не заслужил…, а спина — к которой хотелось так прижаться и спрятаться, «уходит» в сторону … И — «контрольный» — он разрывает не сердце, не голову, --- он убивает душу.

От неё лёгкий запах дыма. Сигаретного?
Нет — пожара.
На котором душа горела,
На котором сердце пылало.
От неё лёгкий запах горечи,
Смесь полыни, золы и пепла.
И от крика, от зова о помощи —
Пусть охрипла, оглохла, ослепла.
До последнего вздоха…
В ладошках — ты хранила надежду и веру.
Он любил тебя… Понарошку?
И подбрасывал нежности крошки
В твой костёр… Чтобы ярче горела…
Эта женщина — очень странная:
… показать весь текст …

Мы находим сотни слов, чтобы облегчить боль другого…, но эти же слова не помогают, чтобы утешить себя…

Есть мужчины, которые никогда не предают: ни друзей, ни семью, ни свою землю. Они не бегут от ссор, трудностей, страха… Они принимают решение и действуют. Видимо потому, что в них генетически заложена Любовь. А там, где Любовь, там нет места Предательству и Трусости… Там есть место только для Жизни.

Возможно у меня, луганчанки, ТЕПЕРЬ нет сердца, возможно, ТЕПЕРЬ я — дрянь, но из всего населения Украины, мне жаль ТОЛЬКО жителей Юго-Востока: мать, закрывающую собой ребёнка в Славянске, старика, еле спускающегося в подвал в Константиновке, мальчишку, не успевшего выскочить из горящего Дома профсоюзов в Одессе, женщину, попавшую под обстрел в Луганске, семью, оказавшуюся под завалами дома в Донецке; выживших, бросающих свои дома или то, что от них осталось; оставшихся ТАМ, надеющихся на Челове…
… показать весь текст …