С крыши город светился дальше,
С крыши города было больше,
Упирались в перила пальцы,
Черный воздух глотался горше.
Голос рвался на дне гортани,
Захотелось дневного света,
Ветер щепкой швырял по крыше
Два разорванных силуэта.
Только боги и только дети
Восходили в такие выси,
Выше крыши клубилось небо,
Выше неба была любовь…
Недоступная, неземная,
Уходящая в звездный холод,
Леденила чужие души,
Согревала уснувший город.
Вот и все, я тебя не вижу,
Этот омут такой бездонный,
Остаешься под звездным небом
Нелюбимый и невлюбленный…
Ухожу по ночной дороге,
Из весеннего сумасбродства,
С каждой улицей нестерпимей
Ощущая свое сиротство.
