К концу царствования Николая I в России под ружьём был миллион солдат и офицеров: это была самая многочисленная армия в Европе.
И по своей форме, и по организации она мало чем отличалась от других европейских армий. Единственное отличие — на Западе уже шло перевооружение армий, в то время как в России оно только начиналось, и это трагическим образом сказалось на ходе Крымской войны.
В основном в русскую армию рекрутировались крестьяне и мещане. От воинской повинности были освобождены дворяне, купцы, члены семьи священнослужителей, а также почётные граждане. При этом допускалась замена одних лиц другими, существовал даже особый вид заработка — поставка тех, кто за небольшую мзду готов был нести военную службу. Гораздо дороже платили те, кто в армию идти не хотел. Правительство выдавало нашедшим себе замену зачётные квитанции, удостоверявшие, что они от военной службы освобождаются.
В рекруты набирали 20—35-летних. Общины деревень, сел и городских кварталов жили в напряжённом ожидании, кому настанет черёд идти, как тогда выражались, «под красную шапку».
Пятнадцать лет из двадцати пяти солдат находился на действительной службе, а в оставшиеся десять мог быть призван в военное время. Продолжительная служба воспитывала у солдата военные привычки и вкусы, но часто лишала его семьи, прежних занятий и привязанностей. Провожая рекрута на службу, его оплакивали как покойника.
Николай Павлович унаследовал от отца и старшего брата прусский подход к организации службы, любовь к выправке и парадам.
С 1826 года николаевская пехота, по военной моде того времени, была одета в узкий приталенный мундир с короткими фалдами. Стоячий воротник, высокий и твердый, туго застегивался на крючки. Он должен был плотно обхватывать шею и доходить до подбородка, чтобы солдат держал голову высоко и неподвижно. Суконные шаровары зимой и полотняные летом носили поверх сапог; сапоги были короткие, без каблуков, и шили их так, чтобы сапог с левой ноги можно было надеть на правую и наоборот. Поверх сапог надевались суконные гамаши на пуговицах. Головной убор состоял из тяжелого высокого кивера, а на параде на кивер надевали ещё более высокий султан, и общая высота головного убора равнялась почти 74 см.
В казармах дозволялось носить фуражки с широким блинообразным дном. В 1844 году кивера были заменены касками, тяжёлыми, но значительно более удобными. Длинные шинели серого сукна со стоячим воротником тоже были приталенными. Амуниция состояла из патронной сумы, ранца, тесака с рукавицами и штыковыми ножнами, топора, лопаты либо кирки. Всё это крепилось ремнями крест-накрест на груди; ремни были как чёрные, так и белые, и белые требовали особой заботы и чистки.
Кремнёвое ружьё весило почти 7 кг, стреляло всего на 300 шагов, и в минуту можно было сделать не более одного выстрела. Ружья приходилось постоянно чистить до блеска кирпичом или песком. Они были без прицела и заряжались с дула, и чтобы перезарядить ружьё, приходилось непременно вставать.
Потеря или поломка шомпола, которым забивалась пуля, означала, что солдат стрелять уже не сможет. С 1842 года в армии появились ружья с пистоном, но в Крымскую войну (1853—1856) большинство солдат были вооружены ещё кремнёвыми ружьями.
Вот почему под Севастополем противник обладал значительным преимуществом, стреляя из ударных, нарезных ружей с прицелом и дальностью стрельбы 1200 шагов.
Обучение солдат сводилось к бесконечным упражнениям на плацу, где отрабатывалась слаженность движений и чистота ружейных приёмов, которых насчитывалось сорок восемь.
На картине изображено обучение солдат фронту и маршировке на плацу перед казармами. На заднем плане видно, как идет обучение отдельных солдат и целых команд. В центре унтер с помощью мерки проверяет расстояние между носками при выполнении стойки смирно. Слева распекают провинившегося. Унтер докладывает о его провинности офицеру. Справа солдат в наказание поставлен под ружьё. Были и другие виды наказаний: офицер мог ударить солдата, приговорить его к ударам палками; в ходу были и розги. Кое-кто не выдерживал такой жизни и убегал, но беглецов всегда ловили и показательно наказывали.
Поражение в Крымской войне заставило уже следующего императора, Александра II, приступить к военной реформе.
М.В.Добужинский - картина "Учение солдат в николаевское время"
Картины по русской истории под редакцией И.Н.Кнебеля.
