Дни да недели птицей улетели,
Горькую печаль словно тесто мяли,
Не успели выпечь, быстро повзрослели,
То, что услыхали — по миру раздали.

Ищем взглядом солнце, облака косматые,
Да идём ножом, вместо тропки вьющейся,
Души красим кровью — изнутри початые,
Лютым словом в прах — ниткой жизни рвущейся.

А мы всё льём, да льём,
Из пустого в порожнее,
Спим да пьём — спиртом обожжём,
С плёткой по грехам, так всегда надёжнее.

В зеркалах — лгунах нет любви объемлющей,
Как в пустой тарелке ноющего голода,
Толоконный поп чёрту — бесу внемлющий,
Убивать велел да по «воле Господа».

Потеха — вино из вины да всласть,
Помолившись не умылись, крест — спаситель под пятой,
Что там вера, если красть да власть,
А на шее петля, а в петле святой.

А мы всё льём, да льём,
Из пустого в порожнее,
Камень за пазухой — больно бьём,
Идти бы без злобы, да осторожнее.

Так за что же Господи брань да соль,
А во храмах горит теперь сущий ад,
Из темницы в свет ногой да нагой король,
В блуде — ересью проповедь, новый зверь распят.

В поле режет клыком колос серый волк,
Пожинает порох да ворох в дым,
Все серпы теперь знают ратный толк,
Хлеб да гарь, по ножам ходить — босым.

А мы всё льём, да льём,
Из пустого в порожнее
Мелим — молем да в мольбе баклуши бьём,
С каждым днём растём безбожнее.

Ну и где ж теперь правда, в какой степи,
Ветром — вором была вырвана на корню,
Да поди ж теперь её подлую разбери — поищи,
С ядом в кубках лихом да испей лихву.

Как всегда сей рассказ да не в бровь, а в глаз,
Пуля дура, штык словам по делам — удалец,
Вот проколет, сжуёт, съест да отдаст приказ,
Будет петь да по струнам бить — певец.

А мы всё льём, да льём,
Из пустого в порожнее.

***
Скинуть тяжесть — доспехи железные,
Да пройдись по полю цветущему,
Пусть ржавеют раздумья гневные,
Сей любовь да дари всему сущему.

Krestoff
30.08.24