Если сомневаешься в собственному искусстве, значит, никакая ты не ведьма, а просто женщина, — взглянув на нее исподлобья, с размаху размазала Елена. — Вот и весь фокус!

Любовь — человек, являющийся эквивалентом тебя, лишь пола противоположного…

— Вино превратит тебя в пьяную скотину даже в одежде, а виски не даст смежить веки и заскучать. — Она крутанулась вокруг своей оси, точно пытаясь посмотреть на всех сразу и пресечь поползновения несогласных. — А одежда… Она будет мешать.

— Главное в искусстве делать коктейли — тщательно замаскировать алкоголь. Чтобы ты пил симфонию, а градусную нотку не чувствовал. Чтобы ты пьянел, а от чего, не понимал. Прекрасная женщина рядом в такой момент… — Это говорил вернувшийся Хорхе. Сквозь вялое сопротивление, он грубо прижал к себе Ракель и обращался только к ней с вполне смежной темой. — …не этот ли миг назовется совершенным? А не похоже ли это на женщин самих? Пьешь радугу, а градусную нотку до определенного момента не чувствуешь.
Потом — на! И влюблен!

— Я люблю ее, — с нажимом произношу я. — Я люблю ее очень сильно… Ты знаешь, какая это страшная любовь, когда у тебя за спиной творят что хотят. Я не могу проверить это, я не могу быть уверен в чем-то. Я живу в точке М., она в точке П. Я хочу, чтобы ты понял меня.

Чем старше женщина, тем хуже держится лапша на её ушах!