В пустой ленинградской квартире
С пробитой навылет стеной,
Как чёрное «яблочко"в тире,
Висит репродуктор стенной.
Здесь сводке боев ежедневной
Жильцами оставлен «причал»:
Здесь голос то скорбный, то гневный,
Из месяца в месяц крепчал.
Не спит затаившийся город…
За каждым, прописанным там,
Шакал приблудившийся-голод
Неслышно идёт по пятям …
И важно- дожить до рассвета,
С работы дойти-не упасть.
И важно, чтоб в «яблочко» это
Война не сумела попасть.
И всё же, когда, отступая,
Враги врассыпную ползли,
Последняя бомба тупая
От крыши прошла -до земли.
Так было. Ну вот из-под Бреста —
На стыке событий и дат-
Застыл у пустого подъезда
Вернувшийся с фронта солдат.
Вошёл он неловко и робко,
Раскрытых дверей череда:
Не дом, а пустая «коробка»,
Плывущая в «никуда».
Подъезд обветшалый и сирый …
Зачеркнуты имена…
(Зачем нам ключи от квартиры,
Куда прописалась война?)
И вот уж последний… последний
Пробитый навылет этаж:
-И те же обои в передней …
И, помнится, лампочка та ж?
И — голос! Прошил, как торпеда,
Осевшую мозглую тьму:
-Победа!Победа!Победа!-
Гремело навстречу ему.
