Серое утро. Густой туман.
Я покидаю постель.
Холодное платье.
Flat white. Круассан.
Дым сигареты. Дверь.
Уличный шум и гудки машин.
Прохожие, как муравьи
Перемешались в стеклах витрин, —
Спешат по делам своим.
Полный вагон полусонных людей,
Ещё бы, в такую рань.
Кого-то зажали возле дверей.
Волненье. Нервозность. Брань.
Улыбка коллегам. Рабочий стол.
Отчеты, бумаги, хлам.
Вот и ещё один день прошел
С болью в спине пополам.
Дорога домой. Крик: «Посмотри!» —
Какой-то пьяный кретин…
Волна возмущения где-то внутри.
Подземка. В наушниках Сплин.
Добродушный консьерж.
Вспомнила вдруг, —
Хотела кому-то помочь.
Ладно уж, завтра, всё недосуг.
Twitter. Youtube. Ночь.

Вирсавия Белькинд (VBVB)

Мой печальный Сентябрь неразлучен с плащом и зонтом,
Он ступает по лужам и смотрит в холодное небо,
А ему бы наполнить бокал полусладким вином
Или выпить чайку с бутербродом из масла и хлеба.

Мой печальный Сентябрь одиноко дрожит на ветру,
Зябко кутаясь в шарф, согревает холодные руки,
А ему бы осеннее солнце встречать поутру
И швыряться опавшей листвой под шуршащие звуки.

Мой печальный Сентябрь постоянно глядит в календарь,
Понимая, что скоро финал и раскрыты секреты,
Он, собрав чемодан, зажигает дорожный фонарь,
Не дождавшись обещанной радости бабьего лета…

Сплин напевает мелодично
осенним нежным тенорком.
И чувствует себя публично —
ведь всем и каждому знаком.

— Почему у тебя такое плохое настроение?
— Потому что у тебя слишком хорошее, аж противно …

Никто не сможет сделать меня счастливой, покуда самой лень.

И лампа не горит.
И врут календари.
И если ты давно хотела что-то мне сказать, то говори.
Любой обманчив звук.
Страшнее тишина.
Когда в самый разгар веселья падает из рук бокал вина.
И черный кабинет.
И ждет в стволе патрон.
Так тихо, что я слышу, как идет на глубине вагон метро.
На площади полки.
Темно в конце строки.
И в телефонной трубке, эти много лет спустя, одни гудки.
И где-то хлопнет дверь.
И дрогнут провода.
… показать весь текст …