«Пойдемте в сад, я покажу Вас розам», —
Он вкрадчив был, не поднимая глаз.
Крутился патефон, и «Лакримоза»
Сливала вечер с нотами в экстаз.
Стрекоз зеленоглазых завихренья
Прозрачностью дымились у пруда.
С веранды пахло сливовым вареньем.
Немея перед ним, сказала — «Да…»
Мы не дошли до роз, упав в ромашки,
Измяв друг друга жаром жадных губ.
Стал причащеньем пот с его рубашки,
Крестом над нами распростертым — дуб.
Пылали розы где-то буйно алым…
Что мне до них? Люблю я белый цвет.
Я в тех ромашках женщиною стала,
Они хранят безумия секрет.
Где незнакомец страстный нет мне дела.
Сплели нам мойры разную судьбу.
Но помнит рук его касаний тело.
Не рву ромашек… Вечное табу…
Ах, сердце глупое, зачем так бьешься?
Пораниться о память так легко!
Зачем к ромашкам год от года жмешься,
С них поцелуем тянешь молоко?
