Тетушка рассказывала, что её тетушка после войны вышила на покрывале лошадку, как могла так и вышила. Все смеялись, и та спрятала покрывало и больше никому не показывала.

Я очень ценю, когда актрисы не боятся быть нестандартно красивыми. В этих красных носах и опухших глазах есть невероятная красота. А я смотрю какие-то фильмы про войну и вижу блеск для губ. Ну нормально?

Любителей повоевать надо отправлять на передовую в окопы, чтобы ясно и на себе ощутили красоту войны.

Я больше не верю — и никогда, значит, глубоко не верил — в войну, смерти, победы, поражения, людей… Я верю в изящество и уродство. Звонкость дамасской стали или слизь человеческой бесполезности. В сияющую чистоту клинка или грязь в словах, делах, мыслях — всём, что бы ни делало крошечное завистливое убожество.
И я верю в действия.
Но больше всего я верю, что есть существа — невероятно редкие, но которых так надо искать — что превращают твой мир — не наполненный и по-человечески бесполезный — в сияние бриллиантов или галактик, разбрасываемых легкой рукой, пьяной от счастья, от желания красоты.

Тараканы, которые бегут из Вас — вестники Ваши, Вашего ума и красоты мыслей.
Биться же нужно с врагами из чужих голов, эти мерзкие твари способны даже вести захватнические войны ради низменных целей.

Она наряжалась красиво,
Взрывая оковы фантазий,
Её окружали мотивы,
И песен красивые фразы.

И лак, и губную помаду
Она подбирала по моде,
Духов провансальских услада
Играла в лучистом восходе.

Она каждый день на работу,
К друзьям, в магазин и на рынок
Шла словно в ночную охоту,
На поиск других половинок.
… показать весь текст …