В жизни всего можно добиться. Абсолютно всего! Кроме любви родителей. Можно обзавестись заботливым супругом, любящими детьми, можно стать богатым и знаменитым — все возможно! Но если родители недолюбили ребенка в детстве, этого уже не исправить. Любви все равно не хватает. И эту жажду не утолить ничем.

Маленькие дети любят своих родителей безусловно, всего лишь по факту их существования. Любят самых разных: и пьющих, и глупых, и жестоких… Самое главное, любят даже бесчувственных. Это — аванс, аванс любовью. И часто случается так, что родители не умеют распорядиться этим авансом. Они думают, что так будет всегда. Но со временем безусловность детской любви исчезает. Как только дети подрастают, их любовь нужно подпитывать своей. Их нужно очень-очень сильно любить, а если не умеешь, то учиться этому.

В жизни всего можно добиться. Абсолютно всего. Кроме любви родителей. Можно обзавестись заботливым супругом, любящими детьми, можно стать богатым и знаменитым — всё возможно. Но если родители недолюбили ребёнка в детстве, этого уже не исправить. Любви всё равно не хватает. И эту жажду не утолить ничем.

Если взрослый говорит, что он не справляется с ребенком, это означает, что он не справляется с собой.

Однажды Муся шла с четырьмя детьми и коляской через парк. А навстречу ей шла дама с четырьмя лопоухими собачками на поводках.

Муся — дог-фри (а также кэт-фри, берд-фри и вообще фри-все-живое, кроме детей, разумеется). Она не стала бы держать в доме даже одну собачку, а уж четырех и подавно. Поэтому, поравнявшись с дамой, она посмотрела на нее с нескрываемым сочувствием. А где-то и с ужасом.

А дама, поравнявшись с Мусей, тоже посмотрела на нее с сочувствием. И даже, как показалось Мусе, с ужасо…
… показать весь текст …

Прочитала, что чуковское «прямо в мойку, прямо в мойку с головою окунул» — не про раковину, как я всегда полагала в простоте душевной, а про речку Мойку. Поделилась с родителями.
— Это довольно очевидно, — светски сказала мама. — Иначе бы он ему череп размозжил об фаянс.
Мы с папой вообразили эту картину и надолго замолчали. Матушка моя — кроткая голубка, но иногда она нас удивляет — как в тот раз, когда они с папой заспорили, надо ли пересаживать шиповник. Папа настаивал на пересадке, все шло к тому, что шиповник сменит место жительства. Как вдруг без всякой связи с предыдущим разговором матушка сообщила, что труп человека можно полностью сжечь при помощи всего четырех автомобильных покрышек.
В разговоре наступила пауза.
«Аргумент», — согласился папа, и шиповник остался на месте.