Подлость любой революции и гражданской войны — не только в том, что брат идет на брата, и льется кровь мирных людей.
Она еще и в том, что революция, гражданская война не заканчиваются несколько поколений.
Пока живы те, кто это видел. Пока живы их дети. Пока живы их внуки, которые слышали рассказы дедов и бабок — очевидцев.
Пока живы — будет раскол. Потому что наши убивали наших. Это не освободительная война. Это — совсем другое.
Потому восприятие этого — личное. Я не могу абстрагироваться от слез моей бабушки, которая рассказывала, как умер ее отец и младшие братишка с сестренкой. Мой сын уже может. Он не слышал, как она плакала. А я слышала.
Так и те, кто обижается на мою точку зрения, всегда доказывают личное. Потому что у их предков, возможно, другое видение, другой опыт. И они тоже рассказывали внукам.
Я женщина, и мне свойственно созидательное. Я не могу судить с точки зрения «исторической справедливости». Потому что — кровь. Потому что — боль. Потому что — брат на брата. И потому что я застала тех, кто это видел.
Мне омерзительна политика царского режима, который довел до такого — извините, монархисты.
Мне отвратительна политика большевиков, их красный террор, построение счастья одних на крови других — привет, коммунисты.
Я не считаю, что мы должны за это каяться — очень жаль, либералы.
Нет, я не знаю, как надо было. А кто-то знает? Ну тогда ему везет.
И я понимаю: все это — личное. У всех нас.
Могу только принять факт: это было. Это — наша история, которую надо уважать и принимать такой, какая она есть.
А вот праздновать — не могу.
Обвинения в: либеральщине, лоялизме, белизне, красноте, голубизне, хрустобулочничестве, сионизме, антисионизме, пожирании младенцев, содомском грехе, космополитизме и плохом качестве борща принимаются оптом.
Спонсоры этого поста — Мама Анархия и женская логика.
