Живу на свете, словно кстати,
Играю роль, не зная чью,
Всей жизни у меня не хватит,
Чтобы начАть, как я хочу.

А, если эта жизнь — предтеча
Того, что сбудется в другой,
С которой мне назначит встречу,
Когда-нибудь наш Всеблагой?

Уходя — уходи,
Но мосты не сжигай, что назад…
Может, рай впереди
Будет горше, чем брошенный ад.

Что нужно для счастья? — Немного везенья,
Фортуны изменчивой лёгкий кивок…
И вот уже, словно сухие поленья
Подброшены в жизни твоей костерок.
И сердцу теплее, и верится легче,
Что лучшее ждёт ещё нас впереди.
Глотни ещё к этому что-то покрепче…
И вот оно, счастье! Иного не жди.

Убили чайку. Для чего?
Да, ради смеха.
Чтоб кто-то крикнул — «О-го-го,
Да ты умеха!
Стреляешь метко, на лету
Сбиваешь птицу!»…
А я винюсь за пулю ту,
Хоть не убийца.

Когда ни будь сойдёт ко мне успокоенье
И руку ласково положит на плечо,
И станут дороги мне каждые мгновенья,
В которые живу, и буду жить ещё.
Души моей тогда пройдёт усталость
И вспомнят обо мне и радость, и любовь…
А я забуду всё, что далеко осталось
И никогда не повторится вновь.

Всё уходит и все мы однажды уйдём,
Чтобы вечно лежать под могильным холмом.
Но и в смерти надежды таится родник,
Ведь для мёртвого вечность — всего только миг.
Промелькнёт он и новая вечность придёт,
И с нуля новой жизни начнётся отсчёт…