Как день, светла, но непонятна,
Вся — явь, но — как обрывок сна,
Она приходит с речью внятной,
И вслед за ней — всегда весна.
Вот здесь садится и болтает.
Ей нравится дразнить меня
И намекать, что всякий знает
Про тайный вихрь её огня.
Но я, не вслушиваясь строго
В её порывистую речь,
Слежу, как ширится тревога
В сияньи глаз и в дрожи плеч.
Когда ж дойдут до сердца речи,
И опьянят её духи,
И я влюблюсь в глаза и в плечи,
Как в вешний ветер, как в стихи, —
Сверкнёт холодное запястье,
И, речь прервав, она сама
Уже твердит, что сила страсти —
Ничто пред холодом ума!..
Словесная пряжа моя...
Болезненность славы народной,
Надежда на смысл бытия,
Увы, преходящи с годами...
И слушая дождь в ноябре,
Ты смотришь другими глазами
На шпагу на старом ковре.
Всего лишь предмет антуража –
Клинок из минувших времен.
Погасли златые миражи,
Осыпавшись пеплом знамен...
И хочется встать на колени,
Казнясь непонятной виной,
Когда молчаливые тени
Чуть слышно вздохнут за спиной.