Он находил чертовски подозрительным, что Виктория не просит у него денег, не требует подарков, не говорит о виллах и бриллиантах.

Писатели-они же ненормальные. Всякое переживание используют для того, чтобы пустить в дело… Написал свой шедевр и успокоился…

Каравелла-это дача… Евгения ее так называла. Почему-понятия не имею. Вообще-то, каравелла-это корабль…

Поначалу Амалия еще колебалась, выискивала в пении Вареньки какие-то изъяны, но потом ей стало совестно, и она стала просто слушать музыку.
Этажом ниже, в кухне, Дарья, только что поставившая самовар, подняла голову и тоже прислушалась.
— Ишь поют-то как чувствительно, — сказала она, качая головой.

Виктория находила его спесивым, само влюбленным, невыносимым болваном, который не читает книг (в глазах писателя, сами понимаете, это весьма существенный недостаток, похлеще любого смертного греха).

— Мама, а Дед Мороз покупает нам подарки за свои деньги или они идут с наших налогов?