Так

Советы все и всегда наполнены мудростью, только чужой))

Широта горизонта и глубина любви
лучше просматривается с вершины разлуки, с её высоты.
Увидеть можно иль её закат на мелководье,
или же она в зените, полноводна,
всегда чиста, что даже не увидеть её дна;
и не измерить — только верить.

Первый снег — зимы робкая проба пера, —
мастера вьюжно-морозного жанра.

это какой-то дурацкий квест —
поиск причины и логики чувств.
я на тебе поставила крест,
а он обернулся знаком «плюс»…

Здравствуй, дорогой! Это я, твоя малость фригидная девушка. И не надо с грустью вздыхать, что раньше такого не было. Объясняю.

Раньше мы не жили вместе и не виделись каждый день. Следовательно, и секс у нас случался реже. А теперь мои поздравления: да, у тебя есть ежедневный доступ к телу. Кто ж виноват, что ежедневные потрахушки тоже приедаются, превращаясь в рутину?

Положим, тебе для начала процесса надо возбудиться — иначе никак. Почему ты считаешь, что мне в принципе без разницы? Ах, раньш…
… показать весь текст …

Нам не понять друг друга.
И время не виновато.
Я за пределами круга,
В котором жилось когда-то.
Движется властью ветра
Судьбинного мой автобус.
И миллион километров
Отдаст под колёса глобус.

Когда я говорю — Люблю тебя. Я подразумеваю… Как заебала эта жизнь, в её таком виде. Эти мелкие душонки, мнящие о себе невесть что. Эти людишки, добившиеся всего в жизни, уверенные в том, что это проявление силы их характера и упивающиеся этим достоинством. Хотя это никакое не достоинство, а как раз доказательство закомплексованности, стереотипности мышления и тупо страх выглядеть хуже на фоне остальных. Космосси… это же так очевидно… Как в раздевалке. Телевизор. Интернет. Фильмы. Мамы эти. Тряс…
… показать весь текст …

Заметил, что не в каждой музыке, пусть безумно красивой, безупречной, профессионально сделанной, есть. Есть что-то. Что-то, вот то что до конца. Такое как у Маяковского, у Бреля, у Кобейна, у Цоя, у Боуи. У Насти, Бутусова, Агаты Кристи. Ай, можно долго перечислять, начиная чотрт знает откудова. От Баха как минимум. За Да Винчи я уж молчу. А кто там был до него, нам не особо рассказывали.
Такое что-то вот. Что вот если даже я остался жив — я умер. Смешно звучит, конеш. Но жить-то надо. Такое вот есть, дурацкое правило.

Идёшь вдоль рельсов. вдоль дороги.
Летит корабль воздушный за тобою. И в сантиметре просвистел автобус
От виска. А белый парус — надут судьбою.
Не время и не место и мечтать. и умирать.
Иди, иди, переходя дорогу смело, Ты не сегодня улетишь в века.
На корабле — твой дом, там тихо всё и бело.
Летит, летит между мелодий и удач.
Парит, как шар безвременья сквозь годы.
Заблудших душ пристанище. Не плачь.
Оранжевые облака смогли изобразить его.
Вот видишь. Но прогрел трамвай
По улице не серой и не белой. По жизни,
А душа… от тела не отделена ещё.
Давай живи. Живи ещё давай.

Разочарованный месяц, недавно бывший луной,
небрежно, невзначай диктует свой настрой.
То блистая звонко в угаре ночи,
то прячась юрко за проседью лесов,
заколдовать меня он, видно, хочет
до тучи в сердце, до вещих снов.
В том сне, на горизонте призрачной мечты,
навстречу мне идёшь, торопишься ты…
по краешку атласно-синего неба.
Твой шёлковый шарф в арпеджио арф
вплетается нежно дугой белоснежной.
Арфы воркуют Сердце тоскует.
Ну, а вдруг — ты не мой, мечты герой?..