Роман

***
«- Я сидела и читала, читала и незаметно включилась и стала отвечать… это продолжалось какое-то время. Вдруг, отвечая, я почувствовала импульс
какой-то силы прямо под ложечкой, он с силой придавил меня к стене. Что это? Испуг — нет. Ощущение нового в моей жизни.»
***

Мужчины некоторые, порой, так Женщин меняют,
словно листочек в ежедневнике обрывают…
Открыл листочек, начал писать роман…
не понравился. перечеркнул…
листочек скомкал и выкинул…
На новый листочек рука уж легла,
роман писать заново начала…

Новый роман — лучшее лекарство от душевных ран.

Роман удался, когда написан был вдвоём…

—  Я практиковала этот взгляд в детстве, я пользовалась им в юности. взгляд в самую суть с призывом.. Я хотела Твоей Воли. Мои глаза были закрыты. Единственный. Ты меня нашел сам.

Думаешь — облики, а это просто блики… иногда с печалью… иногда с радостью…

А что ещё можно делать, когда ты уже написал «Улисса»? Ты написал сложный, самый сложный, может быть, и всеобъемлющий роман, в который вошло всё, что ты знал и умел, и всё состояние современного человека, и все романные техники, какие ты знаешь. Дальше тебе остается написать только хронику безумия, ночной язык. Действительно, а что можно делать после «Улисса»? А что можно делать после того, как ты снял «Сладкую жизнь»? Фильм фильмов, библейская совершенно картина, с массой библейских мотивов, которая вобрала в себя не только хронику жизни какого-то римского журналиста, но и хронику всех сект религиозных, и мечтаний религиозных, народных, и хронику чудес, и преступлений, и главные интеллектуальные течения века. Три часа, фреска — и что после этого делать?

Как жаль, что не предала я перу,
Возможности…
Собрать из юности своей легкий румянец.

Годам, что развевались на ветру…
Позволить слогом лечь на белый глянец…

Слезам, питавшим молодой росток любви,
Проросшим,
На беду свою вишневым зимним садом,

Под хруст следов морозности души…
В дымке снегов…,
Растаять…,
… показать весь текст …