Одиночество — это не отсутствие людей вокруг, это отсутствие интереса к фальшивым связям, по ней можно увидеть кто любит тебя, а кто — твою роль в своём сценарии.

Чем старше становишься, тем хуже люди вокруг.

Забыл признаться Вам:
«Вы — интересная».
У нас одна пока — каюта тесная.
Сидим на палубе, она качается.
«Вы что-то бледная… Простор не нравится?»

Я обещал круиз и море — Белое,
А здесь — туман вокруг и что-то серое.
И я меняю курс… в преддверии зимы
Пишу стихи о том, о чём мечтали мы…
-----------—
Забыла Вам признаться:
Вы — отчаянный.
Но эта качка — вовсе не случайна:
… показать весь текст …

Знаешь, никто не обязан нести на себе солнце, чтобы освещать чужой путь. Это истощает. Чаще всего мир нуждается не в очередном слепящем прожекторе, а в тёплом, живом огоньке рядом.
Поэтому, лучше разрешить себе просто гореть. Не ярко, не для зрителей. Гореть для себя: чтобы в твоей комнате стало светлее и уютнее, чтобы тени перестали пугать. Этот скромный свет — не эгоизм, а акт самосохранения. Он не даёт сойти с ума.
И самое удивительное: когда ты перестаёшь раздавать себя кусками, а начинаешь бережно хранить свой огонь, он вдруг начинает виднеться издалека. Твоё спокойствие, твоя целостность становятся тем самым светом, который по-настоящему согревает и ведёт других. Потому что он настоящий.

Печальные карие глаза: кто в них упадет, уже не сможет выбраться.

Я к Вам приду осенней ночью,
Ворвусь в Ваш безмятежный сон,
Пусть грозы с ливнями грохочут,
Дом издает протяжный стон,
Стеною льются неба слёзы,
Деревья клонятся к земле,
И бьётся в двери ветер грозный,
Сверкают молнии во мгле.
Увижу Вас простоволосой,
Без вечной маски светских дам,
Приду с единственным вопросом:
 — Не докучает память Вам?
Не попрошу любви и ласки —
Не жду вчерашнего огня,
… показать весь текст …

Мысль в голове перевернулась.
Об что-то там она споткнулась.
При этом хитро улыбнулась.
Ушла гулять и не вернулась.

Я шёл по косой аллее,
А он шёл — просто косой.
Небеса впереди алели
Разрезанной полосой.

Он сказал мне: «Хочешь совет?
Впереди вода, а в обход — болото.
Не ходил бы туда!» Я в ответ:
«Пролечу на автопилоте!»

Он меня изучил как предмет,
Забытый в метро растяпой:
«Ты либо дурак, либо — поэт».
А я улыбнулся под шляпой.
… показать весь текст …

Мотыльки живут от 4 до 20 дней. Из темноты
летят на свет-огонь и погибают… Но это мотыльки…
 —
Жизнь короткая у мотылька
Двадцать дней и снова канул в Лету,
Не поднялся в небо, к облакам,
А стремился к яркости и свету.

Нам порой не видно берегов,
Если чувства вдруг переполняют,
Пусть гремят хоть тясяча богов,
Не словам, эмоциям внимают.

И летишь из темноты на свет,
… показать весь текст …

Шекспир гениально сформулировал дух нашего времени:

«Отныне это мир тех, кто хорошо играет, а не тех, кто хороший».

И правда — теперь важнее безупречный образ в соцсетях, чем безупречность поступков, и громкая самопрезентация часто побеждает тихую доброту.

Плачь и бей…
За то, что тебя обходил за версту,
с насмешкой и без сочувствия,
скорми меня голубям на мосту,  —
я ведь душу спасал бесчувствием.

Плачь и бей…
За то, что ушёл, объясняясь словами,
добытыми в жарких домашних ссорах,
за совесть, прилегшую в заднем кармане,
с грязным платком и ненужным сором.

Плачь и бей… отключив тормоза,
сомни и выкинь с горячим приветом.
… показать весь текст …

Разбитую и старую посуду любят только археологи.

Те, кто стал причиной твоего падения в бездну, не имеют права стоять на краю и с интересом разглядывать её глубины. Они не заслужили знать, каким холодом веет со дна, какие тени шепчутся в темноте и сколько времени у тебя ушло на то, чтобы просто снова научиться дышать.
От тебя отреклись в момент твоего крушения. А значит — все последствия, вся грязь отчаяния, все сломанные части, которые пришлось собирать заново, все рассветы, встреченные в одиночку со стиснутыми зубами… Всё это больше не их история. Это тайна, рождённая между тобой и той ночью, что они для тебя устроили.
Твоё возрождение — это священный ритуал, на который нет пригласительных. Они выбрали уйти со сцены в самый драматичный момент спектакля. Пусть так и останутся за кулисами, не зная ни финального монолога, ни аплодисментов, ни титула «Выживший», который ты выковал себе сам — из боли, молчания и немыслимой силы.

Горнило приключений — в пятой точке,
Гримаса хулиганства — на лице…
Но пионерской зорьки сей источник
Грозит нам геморроями в конце.

Выпячивая «Я», нелишним будет вспомнить, что и другие в алфавите буквы есть.

Когда от холода угрюм,
Мороз не радует нисколько —
Постылой злющей вьюги кум,
Напой себе под нос тихонько
«Идёт-гудёт Зелёный Шум»
Он где-то точно на подходе,
Напрасно киснешь, тугодум,
Наступит время полноводий!
Очнётся спящая душа
И переполнится восторгом  —
Пора цветений хороша!
Не замирай в унынье долгом.

И пускай всё пока так зыбко,
Непонятно к чему придём,
Наслаждаюсь твоей улыбкой,
Затаённым в глазах огнём.
Я отважно мечты лелею,
Жить привыкшая на бегу,
От мгновенья с тобой хмелею,
Жар смятения берегу.
Если выпадет доля злая,
Не позволит сойтись мирам,
Я и бездне разлук сияя,
Трепет искренний не предам.

Между читателями и писателями есть что-то общего. Читатели не пишут, а писатели не читают.

Я — чистое зеркало. И я отражаю ровно то, что передо мной.
Пришёл ко мне с искренностью — уйдёшь с теплом, которое согреет тебя в пути. Пришёл с доверием — найдёшь надёжную опору. Пришёл со светом — я умножу его и верну тебе сиянием.
Но если ты пришёл ко мне со злом — имей в виду. Ты увидишь в моём отражении не слабость, а твоё же искажённое лицо. Ты попытаешься меня осквернить грязью, а твои руки лишь запачкаются сильнее. Ты бросишь в меня камень — и он вернётся по той же траектории, навстречу твоему же броску.
Я не собираю твои шипы. Я не ношу твой яд в своём сердце. Я просто возвращаю его тебе, без искажений и без промедления. Ты получаешь обратно свой собственный груз — осознанным, узнаваемым и полностью твоим.
Потому что мой закон прост и неумолим: с чем пришёл — с тем и уйдёшь. И если твой выбор — зло, то будь готов унести его с собой, приумноженным тяжестью последствий.
Выбирай мудро, с чем переступаешь мой порог…

Мама. Я думал, у нас есть время. Я хотел большего. Я хотел сесть в кресле рядом с тобой. Я слышал тебя. Но мне нужно было многое сказать. Я люблю тебя. Увидимся позже.