Лицемерие

Как часто слышим мы слова,
О дружбе, верности и чести,
И жаль, что только на устах…
На деле же другое повсеместно.

Если лев и не прав, всё равно вряд ли кто-нибудь назовёт его козлом.

Неизвестно, в какой стране это было,
Никому не известно, в какие века,
Шел парнишка-студент, напевая слегка,
То ли к другу спешил он, а то ли к милой,

Был богат он сегодня, как целый банк!
Ведь на дне кошелька у него звенело
Одиноко, походке веселой в такт,
Может, медная лира, а может, франк,
А быть может, динара — не в этом дело.

Вечер шарфом тумана окутал зданья,
Брызнул холодом дождик за воротник.
Вдруг у храма, в цветистых лохмотьях старик
… показать весь текст …

Тот человек мне гадок,
В ком мысли гнусные, язык же льстив и гладок.

Всё меньше лиц с улыбкой доброй, с открытым сердцем и душой. Зато растёт число притворных с душой холодной и скупой. И я то с грустью, то с опаской смотрю на мир и на людей. Ведь вместо лиц, я вижу маски, нередко, даже у друзей.

Живём в России, иль мотаем срок на зоне? — Вопрос давно мне не даёт покоя.
Канонизируют у нас воров в законе… А завтра что? Вручат Звезду Героя???

У иных так и подмывает спросить: «А вы не могли бы нам желать добра чуть менее агрессивно?»

Открытая вражда не страшна, а вот фальшивое доброжелательство опасно.

Можешь дать сотни раз свою помощь из рук
Тем, кому эта помощь — спасательный круг.
Только дар этот милостью вслух не зови,
Эта помощь — подачка, коль нет в ней любви.
Полюбить чью-то немощь, позорный порок,
Не побрезговать тех, с кем и так мир жесток…
Кто способен подать вместо денег ладонь?
И кого не смутят ни лохмотья, ни вонь?
Ты подал и забыл через пару минут,
Про себя «Не дай Боже» тихонько шепнув —
То не милость души, а всего — откуп тел,
Чтобы вдруг не коснулся тебя сей удел.
Можешь губы кусать или бить себя в грудь,
Только каждый пройдет свой начертанный путь.
… показать весь текст …

Страшен внешний враг и злобен,
И силен в любой борьбе,
Тот с ним справиться способен,
Кто убьет врага в себе.