Беседа

Искусство слушать почти равносильно искусству хорошо говорить.

— Давай опять с тобой поговорим о чём-нибудь предельно несерьёзном.

…под утро ночь отходит от наркоза, сквозь первый петушиный сонный хрип стекает свет в подставленные окна, два рыцаря без страха и упрёка — коты — усердно метят пустыри…

— Давай поговорим опять с тобой о чём-нибудь мучительно ненужном.

…под утро ночь — как чай остывший в кружке, рассвет намёком в лужице рябой встречает первым облачные гребни, мешает голубиному молебну смешная воробьиная любовь…

— Давай поговорим с тобой опять о чём-нибудь старательно забытом.

…под утро ночь спешит, как Маргарита, ленивого возницу торопя, у западного ветра хлебный запах, и край земли небрежно нацарапан для тех двоих, которые не спят

Беседа должна быть столь же общим достоянием пирующих, как и вино.

Не зря в горах живёт эхо, а в людях отзывчивость.

с барменом мы ведём беседу
срываясь изредка на мат,
а что поделаешь французский
хромат

«Хороший тон» находится октавой ниже.

Сложно идти в тумане и вопреки всему, когда впереди ничего не светит, но тупо заставляешь себя делать что обычно делаешь, это муторно, уныло, и почти не имеет смысла, типа поддерживать свои иллюзии что всё наладится и загорится свет в окошке.
Никто не знает сколько он отмыл посуды и отдратил сковородок, но это ежедневное усилие, надобность, спасает от очень многого, можно считать эти занятия молитвами, мантрами, ритуалами магическими и это будет вполне справедливо. Рутина и мелочи только кажутся незначительными по сравнению с беседой с Богом сидя на облаке, на самом деле это и есть беседы с Ним и его защита.

— Для чего зима бывает?
— Чтоб вернуть хотелось лето,
Чтобы птицам шумной стаей
Полетать по белу свету…

—  Почему на землю с тучи
Белый снег летит, кружится?
— Чтоб весна была певучей
Да ручьи смогли резвиться…

- А зачем бывают будни?
— Вот совсем вопрос уж странный,
Да затем, чтоб то, что трудно,
Стало нужным и желанным…
… показать весь текст …

Из двух монологов не слепишь одного диалога.

Мила мне русская беседа —
В ней, разум собственный любя,
Никто не слушает соседа
И каждый слушает себя…