Армяне

Признаем Карабах и будем жить-поживать и добра наживать. Нужно поддерживать тех, кому, кроме как к нам, податься некуда. А с Карабахом это именно тот случай. У них только 160 тысяч населения. Но зато какого качественного! Горные армяне самого воинственного духа. Берём в друзья и в союзники. У нас же там никого, кроме них, нет.

На мой взгляд, тройка самых стойких и пассионарных народов мира — это армяне, евреи и корейцы.

Многие советовали Командосу, как нужно взять Шуши. Накануне шушинской операции Командос получил в Степанакерте послание от жены. Он вскрыл конверт, достал письмо и вдруг выругался.
— Что случилось? — спросили бойцы.
— Ещё один советчик нашёлся. Все жёны как жёны, пишут «люблю, скучаю…»
В письме аккуратной женской рукой был нарисован план знаменитого разгрома на реке Рымник 100-тысячной турецкой армии 25-тысячной армией Суворова в 1789 году. Кроме рисунка, в письме-шпаргалке была только одна фраза: «Помни: главный враг турок — паника».

Настоящие горы — это Карабах. Настоящие святыни и монастыри — это Карабах. Для армян Карабах — это как Косово для сербов и как Куликово поле для русских.

Карабах можно разбомбить, сровнять с землей, послать туда войска, но завоевать его невозможно.

И оперативное искусство, и тактическая выучка командного состава карабахских войск высочайшее. Мужество высочайшее. В тех условиях, в которых они сражались, при том чудовищном превосходстве в силах и средствах, которое имели азербайджанцы, армяне проявляли чудеса массового героизма. Я по-другому сказать не могу. Теми силами, которые имели армяне, они совершили невозможное. Феноменальная ситуация, которая, я думаю, будет ещё основательно изучаться военной наукой.

Карабахцы всюду легко могут быть узнаны. Широкий размах, беззаветная храбрость, склонность к риску, уверенность в себе, своеобразное упрямство, прямолинейная настойчивость, патриархальность в семейном быту — вот симпатичные черты карабахца, являющиеся как бы концентрацией старинных армянских доблестей, потускневших от жестокостей истории и в чистом виде сохранившихся в Карабахе. Высокий, кряжистый народ, ушедший в горы для спасения жизни, окреп в горном воздухе и предохранил себя от заражений, постигающих жителей долин.

Для того чтобы лучше понять мир, нужно подробнее посмотреть на Армению. История Армении забирается корнями в те времена, когда, может быть, даже евреи ходили в звериных шкурах. В армянской истории и культуре заложено всё: все современные проблемы уже посетили Армению в III—IV вв.еке. Будучи в Гарни, я крупным планом снял выложенную мозаикой запись на греческом языке, которая гласила: «Мы строили, строили, а нам не заплатили». Именно в Армении особенно заметно, как древность и современность сливаются в одно целое.

Я знаю, что это кому-то кажется страшным позором, но у меня никогда не было ощущения, что я принадлежу к какой-то национальности. Я не говорю по-армянски. С другой стороны, по-еврейски я тоже не говорю, в еврейской среде не чувствую себя своим, И до последнего времени на беды армян смотрел как на беды в жизни любого другого народа — индийского, китайского… Но вот недавно на одной литературной конференции познакомился с Грантом Матевосяном. Он на меня совсем не похож — он настоящий армянин, с ума сходит от того, что делается у него на родине. Он такой застенчивый, искренний, добрый, абсолютно ангелоподобный человек, что, подружившись с ним, я стал смотреть как бы его глазами. Когда я читаю об армянских событиях, я представляю себе, что сейчас испытывает Матевосян. Вот так, через любовь к нему, у меня появились какие-то армянские чувства.

Формула самосохранения армянского народа выглядит так: язык, религия, история и культура — вот основные якоря, которые держали армянский народ, благодаря чему он сохранился.