Моя бездна без дна

Опустошен, разбит потерями и распят словами…
[Выдох…]

Встреча в глубине моей бездны.

Осторожный поцелуй в солнечное сплетение зажег во мне свет, прогнав затмение.
[Вдох…]

Наполнение стало самыми крепкими узами, связавшими нас в моей пустоте.

Души людей сближают одинаковые шрамы. Шрамы, которые невозможно увидеть глазами.

У слов прощения есть период полураспада.

Просить, прощать и принимать необходимо вовремя. Так же, как лекарство.

Невозможно кремировать боль, если внутри лишь пепел и полное отсутствие огня.

Любовь способна дать хороший пинок под зад, заставить двигаться вперед и преодолевать любые испытания, но и сама любовь способна стать тяжелым испытанием.

Но огонь внутри не всегда согревает. Огонь бывает разным. Он может стать спасителем и палачом. Это может быть то пламя, которому суждено обжечь и завещать лишь шрамы и пепел. А может быть тот свет, который испепелит непроглядную плотную тьму вокруг и укажет путь. Пылающая душа — это больно. Жить с ощущением, что ты горишь и сгорать — это не одно и то же. Поэтому со своим внутренним огнем необходимо обращаться особенно бережно. Не развязывай руки языкам пламени, чтобы оно не стало твоим погребаль…
… показать весь текст …

Неотправленные сообщения нарушают сердечный ритм.

Я, как черно-белый песок времени, песчинка за песчинкой, в тягучем темпе перетекал из одной ёмкости в другую, струился сквозь перемычку и растворялся на дне своей собственной бездны. Я пропадал в темной пустыне, глотая горький привкус бессилия. Бессилия что-то изменить. Моя вселенная гаснет, медленно уходят звуки и в такт им, гаснут лампочки. Обратный отсчет. Вот она… Последняя яркая вспышка и жизнь становится смертью. Моя личная атомная бомба. Моя пылающая ярость, сожгла меня и выпала пеплом.

Удары судьбы иногда совершенно беспощадно изматывают человека и со временем превращают его в сплошной оголенный провод — где не дотронься — больно. Любящий человек рядом становится второй кожей и бережно бинтует раны, которых не видно.

[…]
— Ты часть моей жизни. Часть меня. Часть моего нутра, которое не отнять. Разве что ампутировать вместе с сердцем. Мы всю жизнь были с тобой вместе. Мы двигались по одной взлетной полосе. Знаешь, я часто думаю о том, что было бы, если бы не было того дня. Дня нашего столкновения. Мы бы и дальше шли так же вместе, но никогда бы не испытали таких чувств.
Одиночкам вроде нас, с породистым зверем глубоко внутри, тоже надоедает быть одинокими и сильными. Они устают нести свою броню. Зверьё отличает достойное преданное сердце. Зверьё всё понимает, но умеет прощать. Прощать вопреки всему. Такие люди, как и все, хотят свой кусочек радости. Хотят встретить свою маленькую слабость. Хотят быть счастливы, несмотря на всё сосредоточение дикой природы и хищности внутри.
[…]
Мы, как мотыльки, летели на красный свет в автомобиле с неисправными тормозами, чтобы встретить свой личный апокалипсис. Мы разные, но мы об одном и я продолжаю давить на газ.