Литература — дозволенный способ рассказать, как устроена жизнь, как функционирует любая система, показать варианты и возможности. Она учит мыслить разнообразно, живо, смело. Учит предугадывать, а значит видеть связи.
Поэтому важнейшая её функция — противостоять лжи. И упрощению.
Книга — упражнение для ума. Важно выбрать максимально полезные. Пустые фантики силы не прибавляют.
Литература — музей, хранящий оттиски человеческой натуры. Вымышленные герои рассказывают о невымышленной сути бытия, о законах психики, о вечных дилеммах…
Литература — ключик к пониманию реальности, доступный каждому. Тайная тропка к свободе мышления, к ясности сознания и ума.
Дверь в книгу открыта всегда…
Но открыт ли читатель, вот вопрос…

Удивление — первая ступень понимания.

Грусть — маленький неторопливый паучок, поймавший в сети один из дней. Он цепко держит добычу и терпеливо обматывает, обматывает… обматывает её паутиной. И хочется вернуть себе дыхание и подвижность — да сил нет.
И спасёшься только, если кто-то легонько потянет за нить…
Паучок не выносит человеческого тепла — он обязательно спрячется. Затаится до новой возможности. До нового одинокого дня…

Вода принимает форму сосуда.
Эта вода знает лишь то, что ведомо сосуду. А что знает часть о целом, если это целое вне видимости части?!
Так свободный разум не приемлет ограничений формы. Имеющий понятие об океане, никогда не утолит жажду стаканом воды.

Поддержка друга может быть незаметной и лёгкой, как дыхание. И одновременно быть лучшим топливом для движения. Делая шаг, ты уже знаешь, что тебе протянута ладонь.
Настоящая дружба — это всегда приглашение к движению вперёд. Свободно и с распахнутыми руками.
Всё, что сковывает — не может называться дружбой.

Иногда нужно упрямо доплыть до дна, чтобы понять насколько оно тебе чуждо. И, оттолкнувшись, начать плыть совсем в другую сторону.

Смех — разжавшаяся пружина напряжения.
Он освобождает, целит, наполняет лёгкие свежим воздухом.
Смех — легкая бабочка, порхающая из уст в уста. Объединяющая и сближающая. Вечно живая и всегда искренняя.
Смех — серебристое отражение чьей-то шутки, легкая дразнящая волна, пробежавшаяся по спокойной глади серьёзности. Маленькая юркая разноцветная рыбка, на несколько мгновений взлетевшая над поверхностью воды. Неумолкающий колокольчик детства…
Вдох — и короткие, звонкие толчки выдоха… Полупрозрач…
… показать весь текст …

Среди морока бесчеловечности и скромный светлячок — факел. Ибо он вселяет надежду в отчаявшиеся сердца. Этот тихий свет — пульс живой мысли. Он светит — значит жизнь продолжается…

Жизнь творца — ниточка, на которую нанизаны его произведения. Тонкая, порой перекрученная, с узелками. Неприглядная такая ниточка. Всё искупает жемчуг, что на неё нанизан.

Попробовать перешагнуть через свой способ мыслить — наиглавнейший шаг в твоей жизни. Этим небольшим движением ты огибаешь чью-то Вселенную. И наблюдаешь за огоньками, которыми она светится, как за звёздами на небе. И там — жизнь, которая кажется обладателю Вселенной единственно верной, естественной и настоящей. Просто наблюдай. И эта чужая не знакомая жизнь присоединится к твоей. И не будет повода спорить, выяснять кто прав, у кого зорче взгляд…
Нет ни плохого, ни хорошего, ни правильного — есть просто другое. И оно имеет право жить. Потому-что однажды родилось…
На любой вопрос нет одного ответа. Есть многообразие версий, объединённых в одно, как фасетки в глазу у стрекозы. И все верные и все имеют право на существование.

Всего лишь шаг — и можно дотянуться до соседней звезды. И познать её. И понять, как это много. И как прекрасно!

Любовь — хрупкая лодка посреди огромного океана одиночества. Она не тонет, а значит жива, пока двое, плывущие на ней, неутомимо работают вёслами.

Человеческая жизнь — скромный свиток в ладонях бытия. Он постепенно истлевает от времени, разрушается, желтеет. Чернила блекнут и бумага истончается. Когда он окончательно рассыпется и превратится в пыль, тени личной судьбы тронутся в свой последний прощальный путь  — путь, омытый слезами тех, кому ты был дорог. Там — твоя последняя обитель. Там, в другом сердце, где ещё бьется любовь, ты жив. Там, вне времени, в тёмной глубине зрачка памяти оживает прошлое…
Однажды в ладонях не останется ничего…
… показать весь текст …

Всем нам время от времени требуется перезагрузка. Погружение в себя, в молчание, в тёмный вакуум пустоты…
Чтобы найти то самое: слово, состояние, образ. И нанести недостающие мазки на полотно жизни, текста, стиха, мысли…
Всё, что на поверхности — ничего не стоит. Слова, как фантики, скрывающие внутри вместо конфеты пустоту. Их так много. Ими усыпано всё вокруг. А глубокое, подлинное, истинное — всегда скрыто. Где-то скромно лежит и, кажется, почти не дышит. Но оно там. Там… Стоит только внимательно прислушаться, напрячь слух и зрение. И увидишь, и поймаешь, и схоронишь у груди. Настоящее, живое, тёплое… То самое…
И не важно понравится ли оно кому-то, кроме тебя. Дитя прекрасно просто потому-что произошло чудо рождения.
В тёмных водах разума блеснула чешуя золотой рыбки… Главное вовремя подставить ладони…

Иногда, временная глубокая связь с человеком становится неиссякаемым источником силы и смыслов. Ты пьёшь живую воду из него, то жадными глотками, то цедишь, смакуя. Важно, что ты уже не будешь прежним после этого взаимодействия.
Истинная близость, и воспоминание о ней, дают знание о том, что такое настоящее, подлинное. Зрелая близость всегда глубинно меняет, раскрывает новое. Она даёт понимание того, кто ты есть и где теперь твой дом. Потому-что настоящий дом  — он внутри. Он — место твоего вну…
… показать весь текст …

Личный, индивидуальный опыт — узкий тоннель, в конце которого лишь маленькое окошко реальности. Презентовать его, как истину в последней инстанции — по меньшей мере самонадеянно.
Но есть вещи, пройти через которые можно только самому. Этот опыт углубляет, даёт необходимые ориентиры. Он — маяк, который теперь никогда не гаснет.
Опыт формирует личность, как искусный скульптор. Но он не творит из ничего. Материал имеет решающее значение для результата. Но и тут ничего не попишешь — что дано, то д…
… показать весь текст …

Молчание ведёт иными тропами, чем разговор. И ранит оно, порой, непоправимо.

Мой верный рыцарь, мой друг бесценный,
Зачем пишу Вам — сама не знаю.
В заблудшем сердце — такая темень,
Такая пустошь во мне глухая…

А в нашем замке свои законы,
Для Вашей чести всё очень скверно:
Уже полгода живу с драконом,
Увы, не вечны, ни долг, ни верность.

А он со мною учтив и ласков,
Крылом неспешно ведёт по коже…
И каждый вечер мурлычет сказки,
А ночью делит со мною ложе.
… показать весь текст …

В тридесятом царстве, за семью морями,
Мне давно не снится твой далёкий берег.
И уже не важно, кто с тобою рядом,
И кому ты нужен, и кому ты верен.

В одиноком замке, за семью замками,
Вдалеке от лживой и обманной ласки,
Я живу с драконом и дружу с волками,
И давно спокойна, и не верю в сказки.

Отболела, милый, отпылала, дальний.
Наша быль парит невесомой пылью.
Остается — жить и мудреть с годами.
Надо мной — зима и драконьи крылья.
… показать весь текст …

В подсознании человека, как на звёздном небе — каждую секунду гаснут и рождаются новые звёзды. Ткань небосвода находится в процессе постоянных изменений, фильтруя дневные впечатления и организуя их в созвездия.
Но если днём звёзды не видны, это ещё не значит, что их влияния не существует. Даже траектория погасшей оставляет свой след.

Нет увлекательнее дороги, чем дорога вглубь себя.