на юг летят задорно птицы
спеша укрыться от зимы
и я им вслед кричу сквозь слёзы
а мы

Что бы не случалось в этой жизни,
Я храню в душе любовь и свет.
Знаешь, в детстве я упала с вишни-
Папа мне купил велосипед!

Я расшибла в кровь свои колени-
Мама подарила мне мольберт!
Я упорно рисовала тени,
Но упрямо получался свет!

А потом мне привезли котёнка.
Чёрного до кончика хвоста!
(Вот так счастье было для ребёнка
Заглянуть в наивные уста!)
… показать весь текст …

— Доктор, я болен.
— Голубчик, а чем вы больны?
— Слух мой ослаб —
Я не слышу шептанья Луны,
Хохота трав,
Бормотанья подземных корней.
Переговоры ворчливых прибрежных камней…
Нем и обычно болтливый берёзовый лист,
Птиц мне не слышно — лишь щебет какой-то и свист…
Доктор, я болен.
А может, схожу я с ума?
Зренье упало.
Я вижу лишь только дома,
Сумки, людей и автобусы, стены церквей…
… показать весь текст …

Люди в метро, словно птицы на проводе,
Стертые лица, как кнопки у Нокии,
В этом большом и недремлющем городе
Даже собаки, как мы, одинокие.
Мы абсолютно такие, как давеча,
Стертые лица под модными стрижками
Так же, как в книжке у Фёдор Михалыча,
Мы идиоты, безумные Мышкины.
Но я умею читать откровения,
Даже летать неуклюжею птицею,
Помнить касания, прикосновения,
Запах волос в цвет ромашки с пшеницею.
Жилки синеют в заплаканном мраморе,
Мокнут жилые кварталы квадратные,
… показать весь текст …

Все, казалось бы, славно на старости лет,
временами фартило,
есть в кармане валюта на хмель и обед,
а любви не хватило.

Ты запоем пролистывал тысячи книг.
Не похож на кретина.
Но зачем-то под ребрами мечется крик,
что любви не хватило…

Изнутри почему-то такая тоска —
как волна накатила…
Между тем на земле просквозили века,
а любви не хватило…
… показать весь текст …

оказалось — взрослеть страшно. страшно прятать ключи в сумку, папа с мамой когда машут, пока поезд гудит гулко. страшно вечером быть не дома, не чесать своим псам холки, страшно прятать свою истому и тихонько скулить волком.
страшно кутаться в шарф теплый, в магазине смотреть годность, наблюдать из окна блёклый свет от фар и забыть гордость. не звонить, потому что плачешь, если голос услышишь в трубке. смотреть взрослые передачи и начать счет вести суткам.
страшно больше не печь кексы, потому что одной — много. страшно делать из ссор пьесы и учиться смотреть строго. знать, что глупо, а что — важно, что запретно, а что — можно.
оказалось — взрослеть страшно. жутко страшно и так сложно.

В отчаяньи цепляясь за июль,
Вот-вот сорвётся август в пропасть осень,
И снова потеряет цифра восемь,
Как ящерица хвост, свой нижний нуль…

По воскресеньям дачники везут
Цветов последних грустные охапки,
И осени-лисы босые лапки
Украдкой наследили там и тут…

«Колдуется» на кухне джем из слив,
С корицею и тёмным шоколадом…
И яблок аромат над старым садом,
Как твой подарок — «All about Eve»…
… показать весь текст …

Всё дольше ночи. Но пока — привольно дню.
Непросто с негою расслабленной проститься…
И вновь по глянцевой небесной авеню
подобьем гоночных машин несутся птицы.
Слепящий диск с утра глядит в оконный створ,
как круглолицая мадонна кисти Джотто.
Но мы-то знаем: этот август — светофор,
зелёный свет в котором сменится на жёлтый;
и осень гугловский собой заполнит топ,
войдет к нам в кровь, как будто шалый изотоп,
асфальт на радостях укрыв листвою прелой.
А лето, чутко повинуясь знаку: «STOP!»,
нажмёт на тормоз лёгкой ножкой загорелой.

Я атеист. На все 100%.

Без вот этих вот лицемерных «ну что-то наверное все-таки там есть». Без кокетливого «ах, я немного агностик».

Нет. Ничего такого я не допускаю. Меня очень устраивает биологическая модель мира. Физика, астрономия, математика. Психология. Мне вполне комфортно в тех рамках, которые создаёт наука. Потому что я вижу подтверждение слов делами. Если есть сила тяжести — я вижу, как пресловутое яблоко падает вниз. Меня не заставляют поверить — мне показывают весь механизм от на…
… показать весь текст …

Ты ведь счастлив? Скажи, что да. Напиши мне письмо в ответ.

— «Здравствуй, Эми. Слова — вода, потому сохраню секрет. В черствых буднях теряю сон, очень часто курю кальян. Я оброс, как судья Самсон, но, клянусь, никогда не пьян. В понедельник иду к Люсиль, а во вторник уже домой. Мне порой не хватает сил, чтобы просто побыть собой. Словно робот строгаю жизнь, где константой прописан план, на повторе «чувак, держись», но, как видишь, один провал. Надоело смотреть в асфальт, надоело листать букварь лишь в надежде найти слова, что вернут меня в тот январь. Моя Эми. иди ко мне. Я без света совсем пропал. С каждым годом сильней, темней зверь во мне завывал и знал, что я сам допустил тот крах, и мне карма дает расчет. Ты спала на моих руках, а теперь ты одна и.

черт.

Зачеркнет.
Уберет листок.
Написал бы и не солгал, только гордость стучит в висок.

И в конверте две буквы:

да.