Он был ангелом. В небе летая,
Умывался рассветным лучом.
И умел, облаками играя,
Проливаться на землю дождем.

Пробивался сквозь толщу тумана,
Раскрывая два белых крыла,
И не знал он ни слез, ни обмана,
И душа его чистой была.

Рано утром на землю спускался,
Чтобы сны из окна подглядеть,
На людей все смотрел-удивлялся
И на небо спешил улететь.
… показать весь текст …

Смотрю на тебя и не верю,
как может природа создать,
в такой ослепительной мере
такой красоты благодать.
Как можно из атомов почвы
и легких молекул небес
слепить этот профиль неточный
и стан, отрицающий вес,
и речи, как скрипка с органом,
на фоне шумящих лесов,
и ум, ироничный и странный,
подвижный, как стрелка весов,
и руки, плывущие грустно,
по правилам северных птиц,
… показать весь текст …

Вплетая свою Душу между строк,
Ты связываешь их тончайшей нитью.
Не разобрать уже — где устье, где — исток:
Настолько всё творенье гармонично.

И невозможно друг от друга отделить
Душой и Сердцем связанные строки.
Ажурной вязью полотно длиною в Жизнь
Стихотворениями… к устью — от истока.

Я вернуться хочу на пятьсот лет назад,
Рассмотреть все в мельчайших деталях…
Так ли люди, влюбляясь, летали?
Так ли искренен дружеский взгляд?

Возрожденья эпоха… Искусства расцвет…
Дон Кихот и сонеты Шекспира…
Мысли светлые нового мира…
Где найти эту грань, что от Бога, что нет?

Вот для этого людям являлся поэт…

Не всем известно, что кроме золотой осени, существует ещё и серебряная. Это когда выпадает первый снег.

Без острых углов… Округляюсь. Иголки стригу.
Уже не боюсь — даже брюшко подставить врагу.

В подушечку вколоты — острые фразы-иголки.
И зубы стальные — пылятся тихонько на полке.

И это — не трусость. Не старость. Не некий расчёт.
И… не оттого, что мне лысину солнце печёт…

С ума не сошёл… И невинен в юродстве убогом.
А просто — пришло пониманье, что ходим под Богом.

То, что вы получаете, достигнув своей цели, не так важно, как-то, кем вы становитесь, достигнув своей цели.

Не говори, что возраст — это плохо…
блажен не тот, кто может жить с нуля:
в который раз, жуир и выпивоха,
падёт апрель — расстелется земля,
расстелет небо смятые овчинки,
а город — смуту гордых горемык,
по ходункам, ходулям и ходынкам
получат все,
и — мы.
и я стелюсь в который раз под ноги
своей судьбе — имей меня! топчи…
нас всё равно вычёркивают боги
и воскрешают наши палачи,
нам всё равно — на том или на этом
… показать весь текст …

Говорят,
что на всех не хватит, что у сердца бывает дно, что размеры одной кровати не вмещают размеры снов, что едва уловимый запах будет тоже иметь исток и, когда ты на мягких лапах, кто-то врубит тебе Вудсток.
Говорят.
Понимаешь, правда — это только твой личный фант. Даже если сама не рада, то порадует сбоку бант. Это право — ходить весёлой, голой, смелой, глупее всех. Только виски не нужно с колой, от такого в июле снег.
Говорят,
что любовь проходит, время очень хороший док. И не врут, потому…
… показать весь текст …

Ни страны, ни погоста
не хочу выбирать.
На Васильевский остров
я приду умирать.
Твой фасад темно-синий
я впотьмах не найду.
между выцветших линий
на асфальт упаду.

И душа, неустанно
поспешая во тьму,
промелькнет над мостами
в петроградском дыму,
и апрельская морось,
… показать весь текст …