В сером безрадостном ноябре, в городе, снежной каймой увитом,
всё, что способно меня согреть — это твой тёплый уютный свитер…
Будни съедают…
и только ночь — шанс от реальности отключиться,
чтобы в одном из волшебных снов от поцелуев свело ключицы…
Чтобы почувствовать, как во мне ты растворяешься постепенно,
словно совсем расстояний нет в нашей одной на двоих вселенной…
Знать, что ты рядом…
что я могу кошкой уснуть на твоих коленях…
пить земляничность любимых губ, будто бы каждый глоток последний…
Молча на небо и снег смотреть, мягко сжимая родные пальцы…
В сером безрадостном ноябре просто не хочется просыпаться…
Вытерпеть, выждать, переболеть
грусти, тоски и томленья фазу —
… показать весь текст …

Так чист закат, и синева свежа.
На лужах лед — в прозрачные осколки.
Так просто быть: идти, мечтать, дышать,
И улыбаться тонкой лунной дольке.
Не принимая каждый день как бой,
Улыбку — как оскал, и взгляд — как вызов,
Так просто наконец-то быть собой,
Без лат, меча и вычурных девизов.
Когда закат погаснет, как свеча,
Слепая полночь тишиной укроет.
…великое умение: молчать
И губы не закусывать до крови.

Отпустить не так сложно, как правильно начать начатое, порой мы с улыбкой вспоминаем, о своем сумасшествии к кому-либо, но никогда не поймем природу, почему мы так поступили, просто сославшись на непримиримость характеров.

Платоническая любовь, более запоминающиеся, так как в нет непосредственного контакта и тактильного прикосновения, она существует в мире образов, которые ты полюбил…

Чаще в простоте откровений, человеку комфортнее, чем в сложной эрудированности иного, так как не каждый готов…
… показать весь текст …

На сердце моём — тающем воске
Имя твоё — гравировка штихелем:
Выемки, метки, зарубки, полоски.
Поздно метаться, замолкни, ну, тихо ты!
Анестезия проходит и больно-
Больно становится. Даже для вдоха
Нет больше сил. Мозг скомандовал «вольно!».
От недостатка любви очень плохо.

И булавок много, и кукла в чистке —
И начать бы заново, да нельзя.
В ней характер, видите ли, буддистки:
Карма, видите ли, стезя.

И Творец бросает, почти не целясь,
Темноглазых, вылюбленных в лицо:
«Вот тебе, почитай за ересь,
За потеху, сонмище подлецов».

И они стабильно уходят к рыжим,
Ломит крышу массой дебелых тел.
А последний, глянь-ка, красавцем вышел.
Ты его хотела в свой раб. отдел?
… показать весь текст …

Докажи, что правила все просты:
у любой планеты есть север; дом —
там, где мама или, возможно, ты
(если хочешь). Дышится здесь с трудом,
на орбите чёрной дыры. Отсек
с кораблём в трофей превратился дна.

Я брожу по снам, я кружу во сне,
я схожу с ума.

Я схожу с ума от боязни жить
в камуфляже сером из волчьих шкур.
Ты проверил стропы и крепежи,
ты надел скафандр. И по щелчку
… показать весь текст …

Если здешний песок не учёл вероятность событий
И не балует небо депешами лондонский смог,
Я хотела бы просто простить и проститься, и выйти
За пределы начертанных тонким пунктиром дорог.

Я хотела бы снова поставить на карту везенье,
Вечным дьяволом-штурманом грозно стоять у руля.
Вместо рома до смерти глотать тёмно-синее зелье
Ядом смазанных взглядов твоих, молодая земля.

Мне ни дни и ни ночи безжалостно грудь не расплавят
Ни тоской по твердыне, ни грузом притворных утех.
Я хочу видеть море и запрограммировать память
Забывать тех, с кем было когда-то прекраснее всех.
… показать весь текст …

Ты приходишь спокойным, простым и мудрым.
Смотришь молча, как небо во мне сверкает
сотней молний. Целуешь — и льется утро, как покой, меж оконными позвонками.
И на небо мое проступает солнце, словно рыжая краска на серой ткани.
И молчание это меня коснется так, как будто ты гладишь меня руками.
Все меняется, если ты слышишь глубже звука слов, тишине этой смотришь в сердце.
Ты пришел ко мне, чтобы молчать и слушать, чтобы мне было не на что опереться.
Чтобы небо во мне, запекаясь алым, не пугало ни в штиль, ни в лихие грозы.

Чтобы я поняла себя и летала, не держась, испугавшаяся, за воздух.

Умеющий любить, умеет ждать
и призракам он воли не дает.
Он рано по утрам встает.
Он мог бы и попозже встать,
но это не по правилам. Встает
он с петухами. Призрак задает
от петуха, конечно, деру. Дать
его легко от петуха. И ждать
он начинает. Корму задает
кобыле. Отправляется достать
воды, чтобы телятам дать.
Дрова курочит. И, конечно, ждет.
Он мог бы и попозже встать.
Но это ему призрак не дает
… показать весь текст …