МаРейнеке

Когда они встречались, они говорили о нем, о нем и о нем… А когда темы иссякали, он рассказывал о себе.

Поставила курицу в духовку, пошла укладывать ребёнка спать.
Мужу говорю: последи, как запахнет — убавь, через 15 минут достань.
— Ага, хорошо.
Через час прибегаю на кухню — курица горит. Муж за компом.
Немая сцена. Кхм.
Слова мужа цитирую:
— Я сижу играю, чувствую, что вкусно пахнет. Думаю, сейчас пойду поем. Потом запахло горелым невкусно и я передумал.

ххх: Ну что, тебя можно поздравить?
ууу: Да, позавчера родила.
ххх: И кто ты теперь — дядя или тётя?
ууу: ээээээээ … Девочку она родила. Племянницу. А тебе точно в отпуск пора :)

Я не знаю, как боль одолеть,
Когда я перейду за черту,
Не за ту, за которою смерть,
Не за ту, где прыжок в пустоту,

Но за ту, где останусь одна
Я на милость холодных чужбин,
Где на стон промолчит тишина,
Где ты тоже будешь один;

Где чужие чьи-то глаза
Равнодушьем встретят меня,
Где и смех мой, и зов, и слеза
Безответны в раскатах и днях;
… показать весь текст …

xxx: Ларка, у тебя всё хорошо? ты успокоилась?
yyy: Да я спокойна как удав! Дайте мне кролика и я его удавлю!

Дедушка внимательно следил за ним и, казалось, читал все это в карих глазах мальчика, знал названия для всех тех вещей, которые мальчик никак не мог назвать, слова, которые он не мог произнести, потому что не мог говорить языком своего сердца. Затем дедушка кивнул, словно хотел подтвердить эту самую мысль, и внезапно Клайва охватил страх, что дедушка сейчас все испортит, сказав что-нибудь мягкое, успокоительное и бессмысленное. Ну конечно, скажет. Что-нибудь вроде того: «Я все знаю об этом, Клайви, ведь сам когда-то был мальчиком».

Но дедушка не сделал этого, и Клайв понял, что с его стороны было глупо даже опасаться такой возможности. И не просто глупо, а гораздо хуже — вероломно. Потому что это был его дедушка, а дедушка никогда не плел такое же бессмысленное дерьмо, какое часто произносили другие взрослые. Вместо того чтобы говорить мягко и успокаивающе, он произнес с сухой решительностью судьи, выносящего суровый приговор за тяжелое преступление:

— Все это меняется.

Нас лечит не время, а то, чем мы его заполняем.

xxx: Я люблю сексуально облизывать губы) Я кокетка))
yyy: а я люблю сексуально пучить глаза. Йа креведко!

Не надо! Не приезжай ко мне, не говори со мной, не пиши мне! Не напоминай, что у меня есть сердце!

Однажды я прочитал очень забавный очерк под названием «Унесенные ветром вкратце» со смешным диалогом:

«- Война?

— засмеялась Скарлетт. — А, чепуха!

— Бум! Эшли ушел на войну! Атланта в огне! Ретт вошел и затем вышел!

— Чепуха, — произнесла Скарлетт сквозь слезы, — я подумаю обо всем завтра. Ведь завтра уже будет другой день".