AleksTulbu

Ей было позволено многое, поэтому она от многого по праву отказывалась, и, видимо, в силу последнего ей было позволено много.

Мужчины пошли — им одно название: «ИЛИ — ИЛИ», если у них что-то шевелится в душе, то ничего не шевелится в теле и наоборот, жаловалась одна женщина.

Съел тарелку супа, но суп оказался так плох, что попросился обратно в тарелку.

Предатель! И еще раз предатель! Это слово металось в голове Глафиры с утра до ночи и обратно. Она как знала, что неспроста муж как специально, чтобы совершить измену взял себе под крыло эту противную, якобы, секретаршу Фроську. Всё развод, и это бесповоротно. Однако, вечером Глафира себе в удивление узнала, что её благоверный совершил измену не с Фроськой, а с её подругой Нюськой, а это существенно, если не на стовосемьдесят градусов меняло дело. Она давно хотела доказать Нюське, которая ей нисколечко не верила, что её умный муж, и по виду «шварценеггер», —
любовник никудышный. И вот оно доказательство. Муженёк постарался.
Простить его, простить.

Удача, чем-то похожа на взбалмошную девушку: когда ты перестаешь обращать на неё внимания, она начинает заигрывать с собой и даже ненавязчиво приставать.

Какая все же происходит отвратительная хрень! Высокой поэзии становится всё меньше и меньше, и моя поэма тому зримое свидетельство, — размышлял поэт, завершая краткий анонс своего стиха.

Озвучив доклад о плачевном положении воспроизводства населения в нашей стране, докладчик достал платочек и немного всплакнул, удручившись печальными фактами.
Тот, кто был главный в президиуме, привстал и сказал, по простому, по хорошему: «Ёлки-палки, какая плачевная картина!»
У докладчика от таких слов слезы потекли ручьями, он уже не мог сдерживать себя, он только плакал и, всхлипывая, повторял: «Да, ёлки-палки, ёлки-палки, какое дичайшее неравенство, ёлок пруд пруди, а палок как не было так и нет, ёлки-палки, ёлки-палки»

Пьяному - море по колено, а лужа — по карману.

Валерьян, скажи, что за отчество у тебя такое интересное, если не сказать странное, — Тырожалович?
«Всё началось с моего отца».
Я понимаю, что отчество тебе досталось от отца, а не от болотного козла типа ПУКУ, иначе был бы ты Пукович, а не Тырожалович.
«Вернее, не с отца моего всё началось, а с деда, который записал в государственных бумагах такое непростое имя как Тырожал за моим отцом, пока тот был всячески связан пелёнками. Дед рассказывал, что такое имя велела дать моему отцу наша бабка, и …
… показать весь текст …

Мы так давно и долго уже смотрим, друг другу глаза в глаза, что боюсь, сглазим друг друга. Наверняка зря я завел такую трогательную дружбу с таким тупым существом как компьютер.

Ничто так не утоляет жажду, как жажда её больше не испытывать.

Мне тебя очень мало, мне тебя не хватает вовсе,
Бьёт на небе тревогу в большой барабан,
Кто нам всем на земле ни за что промывает кости,
И почти без добра за молитвенный тянет аркан.
Мы выходим на дождь, и все слезы теряются разом,
Плачешь ты, плачу я, но кому это нужно? Зачем?
Лучше море любви, чем море дурной заразы,
Называемой счастьем, и в тоже время — ничем.

Две подруги.
«Слушай, подруга, давно хотела, но как-то не решалась тебя спросить: почему ты иногда своего суженого „заикой“ называешь?»
«Это давняя история. На заре нашей сексуальной жизни, мы кувыркались в огромной постели, и занимались сама знаешь, чем хорошим. Мой любимый, по неопытности, я чувствовала, решился на последний мощный толчок, чтобы вывести нас обоих на орбиту оргазма, но начав совершение этой великой миссии, он понял, что это не получается, и он стал пробовать это снова и снова,…
… показать весь текст …

Если вы бросили семя, а всходов никаких, то совет один: займитесь делом, хватит заниматься онанизмом.

За окнами утро парною прохладой дымится,
Ночь отгорела, и чёрный унялся пожар,
По тротуарам течет из людей вереница,
И многие щедро всем дарят свой перегар.

Брод
Ты плащ одел и воротник повыше,
Там за дверями ливень на ветру,
Похоже, будто дятел долбит крышу,
Уж больно злой там кто-то наверху.
Ты не гуляй в ненастную погоду,
И в слякоть ночи не ступай ногой,
Давай мы лучше перейдем по броду,
А ссора наша пусть течет сама собой.

Говорят, что если от женщины постоянно веет холодом, то мужчина постепенно становится нравственным «моржом».

Страсть и всякое отсутствие здравого смысла.
Вряд ли кто в силах похвастаться, что никогда не давал себе зарок растереть в пыль и развеять по всем ветрам какую-либо напасть, пагубную страсть, которая бывает иногда милой, иногда не очень, но, которая, в конечном счете, не отвечает здравому смыслу и губительна, поскольку последствия от неё бывают, весьма не очень. И, между тем, после того, как вы её загнали своей решимостью избавиться от неё далеко вглубь себя, она тут же начинает плести и накидывает на вас новый аркан, чтобы вести вас на этом поводке дальше, до возникновения в вас новой злости относительно её присутствия.

Россия, как ты все же далека!
Под занавес моих преклонных лет,
Хочу я видеть грозовые облака,
И как их солнечный уничтожает свет,
Но ты, Россия, очень далека!

Красивую ложь начали раздевать, почти также как добрая хозяйка шаг за шагом, отрывая листы, оголяет кочан капусты, и все увидели, что в конце концов от красивой и пышной лжи осталась одна сморщенная кочерыжка. Это была голая правда. И все одним разом сказали: ФУ!, какая она непристойная и некрасивая.