«Расскажете потом, что стало с моей мамой?
А мне пора в дорогу, в далекие края»…
Девочка летит и синими глазами,
Наполненными небом, смотрит на меня.

А я — обычный ангел, служу в военном штабе,
Веду учет убитых осколками детей.
Записываю имя и ставлю крестик рядом,
И выдаю им крылья, полегче, посветлей.

Русоволосый мальчик в разорванной рубашке
Глядит слегка обиженно на мой рабочий стол.
А я пишу фамилию на беленькой бумажке
И ставлю рядом крестик. Еще один ушёл.
… показать весь текст …

Глядят глаза календулы в июле
на мир. И радуют своим нарядом.
Всю душу смело распахнули
Назло ветрам, слезам, преградам.

Им летняя жара, как мать,
Желают лепту красоты оставить,
И нежность яркую, и благодать,
В эмоциях печаль разбавить…

Не оставлю ни камня на камне, ни капли на корочке губ.
Уходя, все пожитки сложу, до последней, как старый еврей:
Фотографии с пылью каминной, подарки от наших друзей,
Миллион хоум-видео, где двое чокнутых любят и лгут.

Пусть горят все дороги и падают арки хрустальных мостов.
Я ползком между всполохов, гадиной с непробиваемой кожей
Уползая к реке, прошиплю, оглянувшись: «Так будь же ты сожран
Своим крошечным эго, впечатанным намертво в жижу мозгов!»

А потом всё утихнет, и я, опустившись корягой на дно,
Буду впитывать ил и беззвучно, как рыба, пускать пузыри.
Я была до тебя… После буду ли? Нет? Чёрт меня побери —
Девяносто процентов ожога, а сердце… не повреждено.
… показать весь текст …

Обними меня молча. Любовь умирает в словах.
Пробегись позвонками — я буду послушною флейтой.
Покачай, как ребенка, на крепких горячих руках.
Я мелодией стану — ты мой музыкант, а не чей-то.

Прикасайся ко мне осторожно, — я тонко звучу.
А захочешь по коже читать — я открыта по Брайлю.
В знойный полдень я стану подобна живому ключу
средь песков, где оазисом белые башни сераля.

Я на вкус тебя пробую каплями, словно коньяк,
и стихами рисую… и образы страстно вдыхаю…
Белоснежным пером с неба ангелом подан был знак,
потому и душою себя без сомнений вверяю.
… показать весь текст …

Говорила мудрая Ахматова
про тюльпан и красоту проклятого,
про отметины на левом подреберии,
почему ты, глупая, не верила?

Говорила Белла Ахмадулина
про героя, что бредёт под пулями,
про жестокость публики и более,
ты же у доски читала в школе их!

В монотонной исповеди Бродского
о любви, где много пошло-плотского,
ничего нет общего со сказами,
что ты видела за скобками-подсказками?
… показать весь текст …

Теперь я знаю, как стареют лица —
Из глаз уходят искорки и смех,
Но так бывает видно не у всех.
Есть те, кого костлявая боится.

Теперь я знаю, как стареет тело —
Без грации несет печали крест,
В нем не хватает мощи на протест,
Да и бороться телу надоело.

Теперь я знаю, как стареет голос —
Он замедляет музыку души
И отдается в оглушительной тиши,
Как на морозе заржавевший тормоз.
… показать весь текст …

Когда ты любишь — это видно
По невозможности солгать,
Ты безрассудно беззащитна
И можешь честно помолчать.
Когда ты любишь — это видно
В несовершенстве поз и слов,
Не нужно выглядеть солидно
Не нужно взяток и даров.
Когда ты любишь — это видно,
В касаньях, в выпитом вине,
В приколах мило-безобидных,
И в том, что «на одной волне».
Когда вас любят — это видно,
Не скрыть, не спрятать, не забыть,
… показать весь текст …

Его жена внезапно умерла… А он сидел до самого восхода, Все повторяя: «Как же ты могла?!» Перебирая вещи из комода… Глядел на тонкий шелк и кружева, Лет пять лежали вещи — не носила, «Все берегла… пока была жива… Куском обычной ткани дорожила… На всякий случай… Вот он и пришел! Загадываешь чуда, ждешь, мечтаешь… А кто-то взял… и за руку увёл! Особый случай — день, что проживаешь! Не оставлять на завтра! Жить сейчас! И не беречь посуду и одежду! Не доедать, не прятать про запас! И быть все время вместе, а не между… Беречь живой огонь любимых глаз, И каждый жест, и каждую улыбку, Все узелки, что связывают вас… Чтоб не жалеть, что совершил ошибку…»