Юрий Татаркин

Очень важна правильная дозировка молчания. Потому что немного помолчишь — за умного сойдёшь. Надолго замолчишь — за дурачка сойдёшь, который двух слов связать не может.

Словарный запас у меня бедный. Поэтому приходится мудрёные словечки у других выклянчивать. А потом применять с трудом добытые слова не понимая, но по наитию.

Сидишь такой весь виноватый. А где-то сейчас торжествует правый вдвойне. Сволочь самодовольная! Найти бы его и плюнуть в самодовольную, лоснящуюся рожу.

К будущему я отношусь с вполне обоснованным подозрением. То ли будущее наступит для меня, то ли нет. К настоящему я отношусь с вполне понятной опаской. В любую секунду настоящее может оборваться на самом интересном месте. И только прошлое — надёжная опора. И с тобою существует, и без тебя никуда не денется.

Всё проходит. Ну и ладно. Можешь вслед всему рукой помахать. С тебя не убудет, а всему приятно.

В конце февраля уже неинтересно весны дожидаться — слишком недолго ждать осталось. Вот ранней осенью есть где развернуться ожиданиям.

Плохие новости поступили из хороших мест: там по-прежнему всё хорошо, а местами даже отлично. А нам тут завистью страдай.

Если мысленно захотеть, то получится желание. Если вслух — просьба. Если криком — приказ. Если шёпотом — мольба. Если пробормотать под нос — бурчание. Всё завит от способа подачи.

Верующий человек всю жизнь мучается неопределённостью: в рай он попадёт или в ад? Атеист подобных мучений лишён. Потому что дальше могилы никуда попадать не собирается.

Немного смущает то, что все мы плохо кончим. Но если учесть факт того, что до нас миллиарды людей кончили аналогично, но никаких претензией не предъявляют, то и мы справимся, и будем всем довольны. Не такая уж плохая концовка, так сказать.