Юрий Татаркин

Смолоду надо беречь не только честь, но и всё остальное. Неизвестно, что именно в старости пригодится.

Человек затаённого благородства обычно хамит, чтобы не афишировать свою изысканную сущность.

В кругу друзей не принято врагов искать. Чем зачастую пользуются враги, рядясь в друзей овечьи шкуры.

Когда Пушкин ещё был маленьким кудрявым арапчонком, то был вертляв и егозист — не засыпал часами. Арина Родионовна его только сказками и могла убаюкать. И то, уж за полночь давно, уставшая няня клюёт носом, а Саша орёт, как оглашенный: «Ещё байку, старая, травани!».
Ну, сказки-сказочки, как известно, зело пригодились потом Александру Сергеевичу. Интропретировал, как сумел, — хуже не стали.
А вот Наталья Николаевна намучилась, однако. Не брал Пушкина сон без сказок на ночь — привычка-с. Ему-то что, он — гений, а вот жена целыми днями сонная бродила. Из-за этого всякие казусы случались, что в конечном итоге и привело к той самой дуэли с неблагоприятным исходом.

Умным достаются мысли, дуракам — везение, пьяницам — пустые бутылки, влюблённым — поцелуи, любовникам — шкафы, клоунам — улыбки. Жёнам достаются козлы, мужьям — дуры, предприимчивым — деньги, голи — перекаты. Козлам достаётся отпущение, дурам — дети, детям — мороженое.
Но всем традиционно всегда всего не хватает, потому что когда хватает всего, то не хватает ещё чуть-чуть: козлам — рогов, дурам — везения, а детям — второй порции мороженого.

Хорошо тому, кому неплохо. Просто превосходно тем, кому хорошо. И плохо тому, кто этого не понимает.

Жизнь — это каждодневный праздник. Но не всегда на твоей улице.

Выводы можно сделать абсолютно из всего — даже из ничего. Из ничего, кстати, выводы получахются просто идеальными — их ничем опровергнуть нельзя.

Совсем безрезультатных поисков не бывает. Усталость по крайней мере ты всегда найдёшь.

Хорошие мысли почти всегда обречены на опоздание. Потому что плохие мысли первыми пролезают в голову, бесцеремонно отталкивя хороших.