Политика, каким бы ни было ее кредо, на практике есть систематическая организация ненависти.

Если люди перестанут упражнять свой ротовой аппарат, у них начнут работать мозги.

Любовь — это страсть. Она выводит из равновесия. Нарушает ритм. Отнимает покой. Меняет всё. Переворачивает всё вверх ногами. Выворачивает наизнанку, запад превращает в юг, а север — в восток, меняет местами добро и зло, велит открыть своё сердце, ничего не требуя взамен. В таком помрачении не избежать страданий и страха. Парадоксально, но без них любовь не имеет смысла. В кульминационный момент этого безумия ничто, кроме избранника или избранницы, не имеет значения. Даже собственная смерть…

Она чувствовала, что делает что-то плохое, что-то такое, что никто от нее не ожидал, и… ей это нравилось.

И никакие таблетки тут не помогут. Единственное, что в таких случаях помогает, это время. Сломанная душа должна срастись, как срастаются сломанные кости…

Ты знаешь, что я сказала бы ему первым делом? Больше всего жалею о тех грехах, которые не успела с ним совершить…

Всеобщее мнение, что у мужчин бывают угрызения совести, исходит из смелого предположения, что у мужчин вообще есть совесть.

Ведь женщины чаще всего точно знают, чего хотят, после первого секса. Все или ничего. Но на самом-то деле знают это уже после первого поцелуя.

Там, где кончается разум, начинается вера.

Одиночество — это неутоленная жажда мечты.