Веремейка

Словно тяжким огромным молотом
Раздробили слабую грудь.
Откупиться бы ярким золотом, —
Только раз, только раз вздохнуть!
Приподняться бы над подушками,
Снова видеть широкий пруд,
Снова видеть, как над верхушками
Сизых елей тучи плывут.
Все приму я: боль и отчаянье,
Даже жалости острие.
Только пыльный свой плащ раскаянья
Не клади на лицо мое!

Уходят люди, уезжают, исчезают…
Стирает время в памяти черты…
Как будто в старых книгах угасают
Гербарием засохшие цветы…

Мы провожаем лица до перрона,
Сажаем в поезда без номеров…
И в огоньках последнего вагона
Тускнеют образы затерянных миров…

Уходят люди… оставляя в окнах небо,
В стаканах кем-то недопитый чай…,
Уходят, недосказано… нелепо,
Кто в ад подземный, кто в небесный рай…
… показать весь текст …

Чтобы однажды не забыть — целую в душу.
Дурман не пройденных дорог ласкает ноги.
И, как-то ломано возносятся на сушу
Немного странные застенчивые боги.

Под языком лежит кусок небесной ваты
Пером проклятия архангельских заветов.
Меняю сонные полночные приваты
На корку кислого просроченного лета.

Я в светской жизни как в наркозе увязаю,
Что б из нее устало выбраться на сушу.
Целую в губы, забываю, исчезаю…
…И лишь тебя (что б не забыть) целую в душу.

Гумилев — Ахматовой (Горенко)

Из логова змиева,
Из города Киева,
Я взял не жену, а колдунью.
А думал — забавницу,
Гадал — своенравницу,
Веселую птицу-певунью.

Покликаешь — морщится,
Обнимешь — топорщится,
А выйдет луна — затомится,
И смотрит, и стонет,
Как будто хоронит
… показать весь текст …

Я — сложный человек. Со мною очень трудно.
Вчера была строга, сегодня — безрассудна.
Я каюсь и смеюсь почти одновременно,
С любимыми — раба, с влюбленными — надменна.

Я верю только тем, кто знает, кто есть я,
А значит, никому, по правде говоря.
Умею быть смешной, загадочной и злой,
Желанному — чужой, ненужному — родной.

И сколько бы страниц ни тратилось на стих,
Он будет недалек, он будет только штрих.
Я — странный человек. Со мною очень сложно:
И трудно, и легко, и просто невозможно.

Мы слабы. В том виной мужская сила.
Прильнув опять к любимому плечу,
находим счастье в сочном храпе: «Милый,
очнись! Полночных нежностей хочу!»

А тяжести носить? Чинить машину?
Ремонт? А комплименты? Без мужчин?
Звезду с небес? А покорять вершины?
Какое дело дамам до вершин?

А кружева, шелка и пеньюары…
искусство флирта, мушки и духи?
К чему все это, если б не гусары,
поэты, Дон-Жуаны, женихи?
… показать весь текст …

Все, что сейчас нам, в общем, по… й —
Потомки назовут эпохой.
…
Я вообще считаю, что женщины бывают абсолютно честны с окружающей действительностью только несколько дней в месяц, в ПМС.
…
Курят,
хлещут кофе с сахарином,
трут в сети.
Ты хотел продаться в офис?
Вот сиди и не п… ди.

Утро близится, тьма все едче,
Зябче; трещинка на губе.
Хочется позвонить себе.
И услышать, как в глупом скетче:
— Как ты, детка? Так грустно, Боже!
— Здравствуйте, я автоответчик.
Перезвоните позже.
Куда уж позже.

Я — молящая у Морфея
Горсть забвения — до рассвета…
— Он не любит тебя. — И это
Только к лучшему, моя фея.
Души холодом зашивая,
Город бледен и мутно-бежев.
Счастье.
— Слушай, но ведь тебе же Больно!
— Этим и выживаю.

И зачем с тобою было нам знакомиться?
Не забыть теперь вовек мне взгляда синего.
Я всю ночь не сплю, а в окна мои ломится
Ветер северный умеренный до сильного.

Знаю я что все пути к тебе заказаны,
Знаю я что понапрасну все страдания.
Только сердце у людей сильнее разума,
А любовь еще сильней чем расстояния!

А быть может и к тебе пришла бессонница,
И лежишь ты не смыкая взгляда синего.
Ты всю ночь не спишь, а в окна твои ломится
Ветер северный умеренный до сильного.