Непримиримые вовек противоречия
Однажды нас с тобой разъединят.
Наш парадокс: бегу к тебе на встречу я —
Ты отдаляешься поспешно от меня.
Но стоит всё пустить на самотёк
Мне, поменяв «люблю» на «ненавижу»,
Ты тут же из того, кто был далёк
Пытаешься стать и родней, и ближе.

И дёргаешь связующую нить,
В азарте или может быть от скуки,
Чтобы опять на миг соединить
Тех, кому легче дышится в разлуке.
А мне приходится обречь себя на муку,
… показать весь текст …

Мужик быть должен мужиком —
Избитое клише.
Он с этой догмой не знаком?
Гони его взашей!

Он басни сочинять мастак?
Снимай лапшу с ушей!
Он рохля, нытик и простак?
Гони его взашей!

Он топчет грязным сапогом
Ростки в твоей душе?
Расстанься с этим м@даком,
Гони его взашей!
… показать весь текст …

Два одиночества — не союз,
а лишь ущербные половины.
Пусть в арифметике будет плюс,
когда на минус помножен минус,
но в нашем случае — не судьба.
Простая истина без подвоха.
Твержу, что слабости не раба.
Одной по жизни — не так уж плохо.
И ловко ставлю на «нас» запрет.
Невозмутимость — вторая кожа.
И ты не ищешь мой силуэт
в спешащей мимо толпе прохожих.
Среди вселенского бардака
мы отстояли свою свободу.
… показать весь текст …

ну здравствуй, новый! прощай, ушедший!
незабываемый? это точно.
ты был отчаянным, сумасшедшим.
и сотню раз проверял на прочность.

а новый? дай лишь того, кто нужен.
пусть яркость прошлого с ним померкнет.

хочу увидеть, как в небе кружит
и рассыпается фейерверком

всё то, что больше меня не греет,
как свет, не нужный пустым квартирам.
и научи меня быть мудрее,
… показать весь текст …

Ну, здравствуй, мой несбывшийся,
мой аккуратно зачёркнутый нолик.
Как живётся тебе? Как дышится?
Помнишь, смеялись с тобой до колик?

Да, было время. тобой болела.
А у тебя, по-прежнему, вечный праздник?
Меняешь худышек на пышнотелых,
чтоб жизнь казалась разнообразней?

Остепенился? О ней — ни слова.
Пожалуй, хватит с меня сегодня.
Как я? Да, вроде, жива-здорова,
всегда в полёте. всегда свободна.
… показать весь текст …

Пусть кто-то до тебя меня касался,
не придирайся к прошлому ревниво.
Он не был близким, только им казался.
И спичкой был, а вовсе не огнивом.
Пусть кто-то обнимал при лунном свете,
хваля мои изящные изгибы,
ведь он, как рыболов — раскинул сети
и выловить хотел побольше рыбы.
А кто-то клялся мне в любви безбожно,
не думая, что с приручённой делать.
И представлял, как ночью осторожно
коснётся моего нагого тела.
Не те слова, поступки и причины
меня, вгоняя в краску, волновали.
… показать весь текст …

Давай простимся. Пусть это больно.
Давай порвём до конца все связи.
Не всякий может уйти достойно,
не поливая другого грязью.

Давай без драм и без показухи,
без пошлых статусов, слёз и мыла.
Давай, не множа повсюду слухи,
оставим в прошлом всё то, что было.

И не затронем в беседе тему,
как мы хотели когда-то дочку.
Давай сломаем с тобой систему
… показать весь текст …

А утро начинается с тебя…
С «люблю»…"скучаю"…
«Как спалось?»…"Что снилось?"
С рассказа нежного, как ты берёг мой сон…
И что могло случиться… и случилось…
Бегут минутки, день торопит бег.
И снова нежные «люблю»…"скучаю"…
Мой самый нужный,
Самый важный человек…
Я каждый миг с тобою отмечаю…
Я каждый вздох ровняю по тебе…
Я каждый сон хотела бы быть вместе…
Сейчас пишу, а ты опять со мной…
На том же, самом главном в сердце, месте
… показать весь текст …

вот и утро…
я боюсь. что сейчас открою глаза и она ворвётся
и я не успею тебе сказать:
здравствуй — солнце!

вот и утро…
мне кажется. что она притаилась
чтобы нам помешать.
доброе утро. моё ты светило… кончай спать.

вот и утро…
открываю глаза. небо чистое голубое весеннее
тучи нет. туча спит.
здравствуй. солнце моё…
… показать весь текст …

— Никогда!.. — чеканит пожилая дама в курточке и брючках; на шее у дамы пылает платочек, губы алые в тон. — Никогда я не бегала за мужчинами, Рита!..
Рита поправляет пышно уложенные седые волосы, смотрит насмешливо поверх очков.
— А Валентин?!
— Валентин… — вздыхает первая дама. — Я за ним не бегала, я летала! Ле-та-ла. Тебе что взять, эклер или шоколадное с малиной?
— Эклер с заварным. И чаю зелёного, — отвечает Рита. — Летала она… Летунья!..