Каждый свой кубок осушит до дна
Смывая обиды, триумфы и смех.
И сколько бы сердце надежд ни отмерило,
Финал уравняет и святость, и грех.
Там, за чертою, где смолкнут вопросы,
Откроется то, что вместить не могли.
Кому-то — покой и хрустальные росы,
Кому-то — горсть леденящей земли.
К чему изумленье перед неизбежным?
Мы все у истока единой реки.
Но как мы бываем безумны, небрежны,
Растратив священные эти шаги.