Сердце:
-Мозг, мооозг! Приём!
Мозг:
-Связь прервана, причина — любовь.
Мозг:
-Глаза, откройтесь, приём!
Глаза:
-Любовь прекрасна, и других не видно!
Время:
-Время устранения причины неизвестно, слишком глубоко.

Жизнь — штука терпимая. Мы же умудряемся делать её невыносимой.

Одиночество — это сначала обстоятельства, потом — состояние, и наконец — жизнь…

Даже необходимое одиночество когда-нибудь становится невыносимым…

Одиночество — это бегство от многих проблем, но зато оставшиеся, если что, переложить уже не на кого…

Владеющие собой из-за этого нередко и остаются одни…

Человеку бывает нужно не одиночество, а возможность уединения…

Нашёл себя — уже не одинок!

Одиночество — когда некому позвать без отчества…

Смотрела «National Geographic».
Про медвединую верность.

Очень интересно, особенно природа. Но основной лейтмотив — про тяжелую жизнь медведицы.
На экране два медведя. Он и она.
Валяются, борются на траве. Самец кусает самку грубо за уши, лупит лапой по голове, лохматит и без того лохматую её голову. ПОТОМ, ВДРУГ, БАЦ! — акт любви!

Я аж присвистнула от неожиданности.
Честно говоря, бороться и дубасить друг друга лапами медведям, видимо, нравилось больше. Потому как длилось дольше.
Минут…
… показать весь текст …

У него был абсолютный слух, он слышал только себя!

Было бы здорово, если бы радость продавали на улице, как черешню.
На развес.
Вот идёшь себе, совсем без радости, и вдруг увидишь эти ягоды и прямо залюбуешься. Остановишься на них посмотреть.
Большие, круглые, сквозь тёмный выпуклый бок сладко просвечивает красная мякоть. Чувствуешь, кожица вот — вот лопнет, и радость брызнет на тебя.
Говоришь продавцу: «Мне бы немного радости». Он отсыпает пригоршню в кулёк и, конечно же, начинает причитать: «Ну что же вы так мало берёте, это же радость! "
А ты скромно отвечаешь: «На сегодня хватит…»

Ночью я вставала
Чтоб попить воды.
Неси и нам котлеты
Орали мне коты.

Мать звала Лизку «Лизка, дрянь, иди сюда!», отец с пьяных глаз называл «уу, страшилище», бабка отцовская шипела: «женился на чучеле, а она еще эту страшилу родила, тьфу ты… пропасть…».
Конечно, думала Лизка, глядя в зеркало: «рыжая, лицо все конопатое, зубы передние выпали. Ууу, страшилище!» — гудела она, показывая сама себе язык.
Мать на кухне в баке белье помешивала палкой, отец храпел, а бабка ушла к соседке.

Лизка выскочила во двор и огляделась. Убедившись, что ее никто не видит, она ск…
… показать весь текст …