Уж сколько раз написано «мужчина проверяется женщиной», а всё равно каждый раз изумляешься, наблюдая это на практике.
О, как широко и размашисто падают лицом в грязь прекрасные экземпляры, испытанные деньгами, войной и популярностью, когда оказываются в скользкой ситуации с женщиной. Какими оттенками низости вспыхивает бриллиант их души, вы бы видели.
Интересней всего, если ты в этот момент находишься в стороне, то есть, не ты «та женщина», которой предназначены все сокровища мужской личности. Б…
… показать весь текст …

Трудно сказать, сколько любовей у меня было… В сентиментальном настроении считаю, что три, в добром — две, в приступе честности прихожу к выводу, что одна. В отчаянии мне кажется, я никогда никого не любила.

Мы сами стали теми парнями, за которых в юности хотели выйти замуж

Принято считать, что несколько поколений советских девочек испортили отнюдь не советские мальчики, а Михаил Булгаков и Антуан Экзюпери. Один заповедал им никогда ничего не просить, ибо дадут и так, а второй убедил, что человек ответственен за тех, кого приручил. В результате выросло множество женщин, которые тщательно скрывали свои потребности и затаивали обиду на того, кто их не угадывал, а также считали, что любовь обязывает: я тебя люблю — ты мне должен, ты меня любишь — я тебе должна.
Возмож…
… показать весь текст …

Весенние женщины имеют особый гордый и глупый вид — можно подумать, на них нет трусов.
На самом деле, у каждой припасен секрет:
у одной лифчик кружевной, другая надела чулки, и ветер холодит былые ляжки, а у третьей всего лишь новая помада в сумочке, — но лица при этом такие, будто у них под юбкой все тайны мира.

Однажды я приняла — не как наказание, а как принимают корону — свой истинный возраст. Ты делаешь шаг вперед и закрываешь глаза, чувствуя, как на лоб опускается прохладный обруч, на плечи ложится тяжелый плащ. Держи спину, королева, и открой глаза: ничего не изменилось. Твои мужчины не разлюбили тебя, и красота не ушла, ты просто перестала лгать — себе. Впрочем, красота когда-нибудь уйдет. Ну та, внешняя, которую мы все так любим и которой дорожим. И после этого ты будешь как-то жить, наблюдая, к…
… показать весь текст …

Собственно, с утраты поддержки оно и начинается. Всегда пытаешься опереться — на маму, на друга, на мужчину. Свято веришь, что это и есть любовь, когда вот рука, вот плечо. А всё соскальзываешь, обваливаешься, всё в вату, и там, где было надёжно, там пустота, где было навсегда, там теперь даже не никогда, а серенький такой nothing.
Может, в этих падениях и нарабатывается твоя чёртова ловкость, гибкость там и броня здесь.
Однажды это обязательно произойдёт с каждым, кто достаточно живуч, чтобы не разбиться в мясо: исчезают ожидания, надежды на других людей спадают с тебя, как платье, как оковы. Ты разбегаешься и взлетаешь. И наконец-то становишься счастливой. Абсолютно.

Как изменять жене, не оскорбляя ее:

Она должна чувствовать себя единственной женщиной в вашей жизни. Улавливаете? Не быть, а чувствовать. Если это чувство в ней достаточно прочно, то она и мысли не допустит, что у вас кто-то есть. Да, ревнуют не те женщины, которым изменяют, а те, которые не уверены, что любимы.

Ничего не имею против обращения на «вы», Не того, старосветского, между мужем и женой нарядного «Вы», под которым спрятан несвежий домашний халат — невидимый, но ощутимый. Не бледного от гнева дуэльного «Вы»; не торжественного самоуничижительного «Вы», подразумевающего вокруг серый песок каких-то бесчисленных «мы». Нет, мне нравится то долгое бархатное «вы», обозначающее определенное расстояние между нами, каждый сантиметр которого ощутим, каждый обласкан нашим вниманием и драгоценен, потому что мы оба знаем, как легко смять, скомкать и утратить дистанцию навсегда (утратить, соединившись или разойдясь слишком далеко, — не важно). А «ты» — это как взять кого-то за длинный шарф, завязанный на груди, и слегка притянуть к себе жестом фантастической фамильярности — слегка неприлично, слишком интимно и совершенно ни о чем не говорит.

Вдруг чувствуешь, что жизнь тебя любит. У кого-то с самого начала так, а кому-то вдруг приходит. Ты ее добиваешься, добиваешься годами, а всё мимо идет. Уже и надежду теряешь, когда однажды она поворачивается и смотрит на тебя. Прямо в глаза смотрит, выбирает из всех и влюбляется.