Не потеряй меня, пожалуйста,
В извечной сутолоке дней,
Разлука к нам всегда безжалостна,
И тем отчаянье сильней.
Пока сердца поют от близости,
А нежность сводит нас с ума,
Избавь меня от лжи и низости,
Иначе свет настигнет тьма.
Пока горит огонь влечения,
Наполнен лаской каждый взгляд.
Страшит не боль, а отречение,
Оттуда нет пути назад.

Чем беднее мы внутренне, тем более стараемся обогатиться внешне.

Бокудзю шёл с учеником в храм после утренней прогулки. Сзади подошёл какой-то человек, сильно ударил его палкой по спине и убежал. Бокудзю даже не обернулся; он продолжал свою прогулку. Ученик был потрясён. Он сказал: — Почему вы не реагируете? Что с вами? Этот человек ударил вас так сильно, а вы даже не оглянулись! Бокудзю сказал: — Это его проблема. Он, должно быть, сумасшедший, бедняга. Я очень сочувствую ему. Я не могу посмотреть назад, потому что он уже сумасшедший; мой взгляд сделает его ещё более сумасшедшим. Придя домой, он может почувствовать вину, подумать, что я осуждаю его. Нет, это не гуманно. Он и так в беде. Нет необходимости создавать ему новые проблемы.

Если всё делать с умом, можно достигнуть больших вершин.
Но до седьмого неба вознесутся лишь те, кто без ума…

По-настоящему близким становится не тот, кто ослеплён блеском глаз, а способный уловить то, что тлеет по ту сторону зрачка.

Мой внутренний небесный капитан
Настроил компас к дому и на звёзды,
В начале точно был какой-то план,
Возможно даже важный и серьезный,
Но вот потом — то бури, то потоп,
То выставка зубастых аномалий.
Как капитана там не называли!
Он даже плакал. Правда, не взахлёб.

Не в первый, не в последний так-то раз,
Еще грустить по каждой барракуде.
Как говорит знакомый водолаз,
«А в бездне не жалеют о простуде.
Жалеть вообще — большой-большой талант,
… показать весь текст …

В том краю, где смеются звёзды,
Обитает уставший Бог,
Он когда-то хотел быть грозным,
Да раздумал и занемог.
Рядом с Богом гуляют фавны,
Бьёт копытом единорог:
— Ты ошибся, должно быть, в главном,
Человек не подобье, Бог!
Сколько было дано и что же?
Войны, злоба, корысть и грех,
На тебя это, Бог, похоже?
Сребролюбец и раб утех.
— Может хватит, очисть планету,
Чтоб и след от него простыл!
… показать весь текст …

Щедрый на обещания часто оказывается скупым на их исполнение.

Жил-был человек. Когда он был ещё ребёнком, бабушка всегда говорила ему:
— Внучек, вот вырастешь ты большой, станет тебе на душе плохо, меня уж не будет — ты иди в храм: там тебе всегда легче станет.
Так и случилось. Вырос. Стало жить невыносимо. Пришёл в храм. И тут к нему один подходит: «Не так руки держишь!» Вторая подбегает: «Не там стоишь!» Третья ворчит: «Не так одет!» Сзади одергивают: «Неправильно крестишься!»… В конце концов, подошла одна женщина и говорит ему: «Вы бы лучше вышли из храма, купили бы себе книжку о том, как себя здесь вести надо, а потом бы и заходили!»
Вышел человек из храма, сел на лавку и горько заплакал. И подходит к нему Христос:
— Что ты, чадо, плачешь?
Поворачивает человек свое заплаканное лицо и говорит:
— Господи! Меня в храм не пускают!
Обнял его Господь и тихо говорит:
— Ты не плачь, они и Меня давно туда не пускают…

За пределами слов — целый безмолвный мир, за пределами молчания — бесконечность…