Он сидел в кресле, откинувшись на спинку и прикрыв глаза. Из динамиков музыкального центра негромко лилась музыка Баха. Казалось звуки танцуют по комнате, то докатываясь до окна, то снова отступая к столу за которым он сидел.
Но вот веки его дрогнули и усталые глаза открылись.
На кровати, закинув ногу на ногу и неспешно помешивая кофе в фарфоровой чашке, сидело Одиночество. Его черные матовые глаза светились издевкой. Задернув штору, к нему подошла Обида, и похлопала по плечу, как старого друга…