Улетела молодость в небо синее
За ветрами вешними, облаками белыми
И осталась в памяти нежность тихая,
Заменяя мир мечтами несмелыми.
Очарована память нежностью
Самых лучших дней… прошлого
И кружит она в платье ситцевом,
Разметая, как пыль слова пошлые.
Оживают картины красками яркими,
Тех прошедших, прекрасных дней
И глаза твои нежные, ясные
Держат крепче любых сетей.
Время, жемчугом, отражается
В зеркалах, тех счастливых дней
… показать весь текст …

Забинтуй мои раны — Господи,
Так саднят, что нет сил терпеть.
Смажь елеем на сердце трещины
Вот ему, сейчас, точно нельзя болеть!

Июльская ночь…
Как пахнет маттиолой!
Дождя бы сюда…
А сверчки, как во хмелю,
в цветы окунаются,
распевая звонкие
веселые цикады…
И душе… ей не спится…
вокруг одни серенады).

Забавно, когда одним публично выговаривают то, за что другим мысленно аплодируют.

Дорога в прошлое усеяна пепелищами несбывшихся надежд…

Не доказано, что риск — благородное дело, но благородное дело — это почти всегда риск.

До пятидесяти вам удалось себя не угробить, значит жизнь ваша только начинается.

Я уважаю мужчин.
Они делают жизнь интереснее, они подают руку, открывают дверь, поддерживают в трудную минуту, позволяют вернуться в детство, покупают шоколад и платья. Они смелые.

Я уважаю мужчин.
Они говорят: «не вопрос», «нет проблем» — и проблем, правда, нет.
Они приезжают за нами на работу, они увозят нас из чужих гостей, привозят домой и накрывают одеялом; они не замечают испорченный макияж, они берут нас на руки, если есть лужа, им кажется, что мы маленькие и нас надо обнимать. Они правы.

Я уважаю мужчин.
Слова у них чаще всего совпадают с поступками. Они лучше нас знают: когда-нибудь, через сто лет, они позвонят. Им всегда интересно, где мы. Они настойчиво желают платить за наш кофе, хотя сами уже давно не знают, почему. Они прощают нам всё, хотя мы (заметьте) редко им что-то прощаем. Они сильные.

Я уважаю мужчин.
Но только мужчин, а не лиц мужского пола.

К себе мы во сто крат снисходительнее, чем к окружающим.

Настоящие люди и с животными обходятся по-человечески.